Поначалу Митька был опечален смертью Мусина: все-таки как-никак из каких переделок они выкарабкивались вдвоем! Уму непостижимо! К тому же Мусин хорошо ориентировался в городе, имел кое-какие связи и знакомства, мог сделать что-нибудь полезное. Но потом, пораскинув мозгами, Сабадырев понял: то, что Рафаил лег костьми, — это большее благо, чем если бы он остался в живых. Ведь Мусина знала вся городская шпана, в том числе и люди из шайки Кости Балабанова. Стало быть, за ним охотились, как за опасным зверем и агенты уголовного розыска, и уголовники из соперничающего клана. Ну, а поскольку он, Сабадырев, ходил с ним, значит подвергался одинаковой опасности. Ведь его воспринимали как оруженосца, телохранителя Мусина.
Сабадыреву в тот вечер повезло: ему удалось оторваться от преследователей и благополучно добраться до Задне-Мещанской, где снимал комнату Мусин.
Митька выложил Рудевичу документы убитого Дардиева и сказал упавшим голосом:
— Нашему другу Рафаилу не повезло.
— ЧК схватила?! — Рудевич привстал со стула, выпучив от страха глаза.
Сабадырев покачал головой и осторожно потрогал забинтованный палец.
— Аллах прибрал его в свое обширное лоно.
Рудевич перекрестился и облегченно вздохнул:
— Слава богу. У аллаха он будет молчать. А вот в ЧК… — Он махнул рукой. — В общем, царство ему небесное.
Потом Рудевич, пристально вглядываясь в Митькино лицо, как следователь в подозреваемого, долго расспрашивал, откуда он да чем занимается. Сабадырев отвечал однообразно, с неохотой, изображая из себя недалекого мужика, нечистого на руку, то бишь уголовника. Политические убеждения? Никаких. Все равно ему, правда, раньше было лучше.
По тому, как Рудевич настойчиво выспрашивал все, что его интересует, Митька понял: этот тип состоит либо в банде, либо в какой-то подпольной организации и что тот не против склонить его на свою сторону. «Интересно, в качестве кого это он собирается использовать меня? — размышлял Сабадырев. — Экспроприатора, то есть боевика, или шестерки?»
Но его собеседник ограничился только расспросами и ничего конкретного не предложил, за исключением того, что завтра вечером он познакомит его, Митьку, с одним человеком, который сдает угол. Они должны были встретиться у Русско-Азиатского банка, там всегда толпилось много народа.
Когда Рудевич ушел, Митька, не раздеваясь, лег в постель и начал мысленно прокручивать все события сегодняшнего дня. Потом попытался уснуть, но мрачная и нервная госпожа бессонница не позволила ему это сделать. И он уселся обдумывать план реализации задачи, поставленной перед ним батькой Махно. К тому же он обещал представить свои соображения по ограблению банка главе местных анархистов Тарасенко.
План открытого вооруженного налета на банк он отбросил сразу же, прекрасно понимая, что ближайшие воинские части прибудут на Большую Проломную буквально через четверть часа после нападения. И тогда от всех них полетит пух. А для того чтобы провести тихую ночную операцию, там нужен как воздух свой человек. Без встречного движения оттуда, из банка, — все попытки нереальны, как маниловские мечты. Но для того, чтобы склонить кого-то из работников банка к соучастию, нужно время. Ведь не так-то просто найти нужного человека. А если будешь развивать козлиную прыть, бездумно стучать рогами в каждые ворота, — уж точно попадешь под нож чека. Остается, таким образом, только два варианта. Один из них — накопить силу, сколотить группу надежных людей и ждать, когда термиты политического катаклизма капитально подточат фундамент Совдепии в этом городе. Только при смене власти, при общей неразберихе в этом крае появятся реальные шансы на успех в предприятии. Но сколько ждать? Когда это время наступит? Этого никто не знал. Другой выход из положения — сделать подкоп под банк, скажем, из дома, что ближе всего находится. Тут уж не надо чего-то ждать. Такой подкоп можно сделать за какой-нибудь месяц. Но для этого нужно купить одну из квартир первого этажа, чтобы можно было оттуда попасть в подвал. Можно, конечно, такую квартиру выменять на лучшее жилье. Нужно еще для земляных работ полдюжины людей да лошадь с телегой, дабы земельку возить по ночам. Но ему одному все эти организационные вопросы были не под силу. Нужна была помощь Тарасенко.