— К сожалению, не были… — пробормотал Аскар. — А что это за парк?
— Парк со знаменитой старинной липовой аллеей, по которой, как утверждают местные старожилы, гуляли знаменитые казанцы: мыслитель Каюм Насыри и певец Федор Шаляпин. Эта аллея, говорят, посажена по указанию французского маркиза, служившего при дворе императора Павла I. Этот непредсказуемый в поступках царь наделил иностранного вельможу землями в этом уезде…
— Тогда стоит взглянуть на эту аллею, мы хоть сейчас, — выразил готовность Аскар.
— К сожалению, уже не успеть. — Розалия махнула рукой в сторону появившегося парохода, за кормой которого стелился над самой водой густой черный дым.
— А он что, причалит сюда? — кивнул головой Аскар в сторону реки.
— Да.
Шамиль молча, с легкой грустью смотрел на расходящиеся от парохода волны, на больших белых чаек, круживших вокруг судна, и думал: «До чего ж жизнь богата на случайные встречи и странные, порой неожиданные, пересечения людских судеб». Он конечно же обрадовался встрече с Санией. Шамиль вспоминал ее и даже хотел зайти к ней, но сумасшедшая занятость на службе помешала этому. А встретившись с ней сейчас, юноша так и не смог освободиться от нервного напряжения, вызванного поиском Гусмана Хайрулова. Пока с ней говорил, он то и дело оглядывался по сторонам, задерживая взгляд на тропинке, что карабкалась на крутизну берега. И каждый раз мысль на своих незримых крыльях приносила беспокойство: «А вдруг этот тип узнал, что мы его ищем, и скрылся».
Пароход «Бирюза», сверкая белизной двух палуб в оранжевых лучах заходящего солнца, с шумом водопада подходил к пристани. Этот шум создавало огромное гребное колесо, расположенное в корме парохода. Длинные широкие плицы колеса достигали по высоте второй палубы, и падавшая с них сплошным потоком вода заглушала шум работы парового двигателя. То был один из немногих пароходов редкой конструкции, плававших по Волге. Подобных судов Измайлов еще не видел и, невольно заглядевшись на него, не заметил, как двое мужчин с собачьей прытью сбежали с высокого берега и притаились за углом пристани.
Тем временем пароход, подгоняя белую вспенившуюся воду к черному просмоленному корпусу дебаркадера, бросил швартовые концы. Маленький худой старичок ловко поймал канат и надел петлю на шейку массивного железного гриба и застопорил ход судна. Пристань вздрогнула и заскрипела, затрещала буферными бревнами. С грохотом бросили деревянный трап, и вскоре на пристань сошла примечательная парочка: толстый моложавый священник в черной рясе — поп местной ключищенской церкви и яркая, хорошо одетая особа в широкополой белой шляпе с вуалью на розовощеком лице. Пропустив их, ожидавшие на пристани поспешили на судно, звучно топая по дощатому трапу.
— Вы, девчата, идите на пароход, а мы вас догоним, — извиняющимся тоном произнес Измайлов. — Скоро при… — Шамиль осекся, увидев двух мужчин, невесть откуда взявшихся. — Минуточку…
Измайлов поспешил к трапу. За ним последовал и его товарищ.
— Извините, граждане, можно вас на пару слов? — обратился чекист к мужчинам.
— Нас, что ли? — несколько удивленно спросил один из них, ступив на трап.
— Да-да.
— Чего нужно? — грубовато поинтересовался высокий лысый мужчина, небрежно глянув на юношу.
В одном из незнакомцев, что был с пышной шевелюрой, Измайлов признал, судя по приметам, Хайрулова Гусмана. Молодой чекист видя, что те не собираются откликнуться на его просьбу, схватил Хайрулова за локоть.
— Гусман-абый, я очень прошу задержаться буквально на десяток секунд.
Мужчина резко, будто испуганно, остановился и нервно зыркнул по сторонам.
— Откуда ты, малый, знаешь меня? — прохрипел Хайрулов.
— Я вам все объясню. Отойдемте в сторонку, а то на пароходе как-то неудобно.
Остановился и лысый, который, сощурив белесые ресницы, недоверчиво оглядывал чекистов с головы до ног. Хайрулов сошел с трапа и тихо бросил:
— Говори тута. А то пароход уйдет.
И как в подтверждение его слов — ударил колокол и начали убирать трап. Измайлов чуть помедлил и негромко сказал:
— Мы из ЧК. Хотели бы поговорить с вами…
Лицо Хайрулова будто закаменело, и он машинально потрогал рукой подбородок.
— Покажь документ, — процедил сквозь зубы лысый с иностранным акцентом.
Шамиль достал из кармана мандат чекиста и хотел было предъявить его Хайрулову, но, заметив, что лысый выхватил из-за пояса наган, отпрянул в сторону. Стоявший рядом с ним Аскар ударил лысого по руке и выбил оружие. Однако бандит оказался ловким: он тотчас обрушил на Аскара пару тяжелых ударов, и чекист упал. Лысый наклонился было, чтобы поднять оружие, но Измайлов упредил того: резко достал носком ботинка по лицу. Бандит, лязгнув зубами, ткнулся головой в пожарный ящик.