- Вот как? – спросил я, впрочем, не ожидая ответа.
Мы с Лео переглянулись и безмолвно сошлись на том, чтобы пока оставить исчезновение Марка. На душе было муторно. К печатке Владыки имели доступ лишь трое: сам Леонид, я и Марк. Кабинет был защищен даже от проникновения Теней, что уж говорить о простых людях.
- Ты заметил? - медленно заговорил Владыка, возвращаясь к разговору о песчаниках. - Что они не удивились нападению. Не было вопросов: за что и почему? Давид был готов к покушению, а значит, они либо обладают какой-то информации, либо перешли кому-то дорогу. Из того, что я слышал из их разговора..., - Лео прервался, но глубоко вздохнув, закончил:
- Это связано с халифом. С этого и начинай!
Дождавшись моего кивка, он отвернулся и подошел к окну, уставившись на сад. Я уж было думал, что там вновь гуляет иллюзионистка. Госпожа Аднан имела слабость в виде прогулок по дорожкам сада, женщина могла гулять там с утра до вечера. Но нет, никого не было. Лео осматривал сад с многообразием цветов, что сажали под руководством его жены, так внимательно, будто разрабатывал план по захвату соседнего государства.
- Сай, с этого момента, - заговорил вдруг Лео. - Мы начнем действовать по-другому...
В следующие два часа мы составляли план, который должен был не только раскрыть Давида, помочь Лео с госпожой Аднан, но и возможно вывести заговорщиков, что решили убрать Царицу Востока с нашей помощью. Ведь в списках, которые нам принесли, числилось, что Марк был во дворце в первой половине дня. Но верный (или уже нет) секретарь, не выходя за пределы дворца, бесследно исчез после этого.
Глава 19
Аднан.
Прошла неделя с момента покушения и я не знала что делать. У меня было ощущение, что меня медленно сводят с ума. Все семь прошедших дня, господин Сайрус приходил с утра и вежливо, но непреклонно, забирал Давида на беседу. Почти сразу же после их ухода, появлялся Владыка Леонид и меня куда-нибудь приглашали.
В первый день мы просто гуляли по саду. Причем он будто решил провести урок по ботанике, рассказывая какие цветы растут в его саду. Не сразу, но я вдруг осознала несоответствие между тем, что мне говорил Давид и тем, что рассказывал Владыка. Многообразие цветов было именно таким, как приходили ко мне в видениях. Я даже потрогала некоторые из них, когда мужчина подарил мне букет, с искренними извинениями за сложившуюся ситуацию.
На следующий день, правитель этого государства привел меня на берег пруда. Я здесь была в первый день своего прибытия, кажется, он это очень хорошо запомнил. Меня ждали дети, с которыми я играла до самого обеда. Когда пришел Давид, мы лакомились потрясающими пирожными и горячим шоколадом. Он не стал забирать меня оттуда, но и сам не остался.
На третий день, я посетила творческую выставку. Когда на мой напряженный вопрос, куда мы направляемся, Леонид радостно ответил: "На выставку", то я чудом сдержалась от пощечины уже во второй раз. Впрочем, мое плохое настроение быстро исправилось. На выставке оказались разнообразные скульптуры и что самое главное, из посетителей мы с Владыкой были одни. Я смогла вдоволь "на смотреться" на произведение искусства.
Четвертый и пятый день, мы ездили к океану. Хоть я ничего и не видела, но запахи витавшие в воздухе говорили мне многое. Соленый ветер, брызги воды, крики птиц и ...рядом шагающий мужчина.
Владыка Срединного государства начал прочно обосновываться в моих мыслях. Он дарил мне такие потрясающие эмоции и впечатления, что я просто не могла его игнорировать. Хотя и честно пыталась. Меня злило, что Давида все время уводят, а меня вынуждают принимать приглашения. Но все было обставлено так красиво и вежливо, что просто не было возможности отказаться. А когда я уже оказывалась на самой прогулке, тяжело было оставаться равнодушной.
Шестой день мы провели в месте, где делался их знаменитый шоколад. Хоть я ничего и не видела, Владыка описывал каждый шаг приготовления лакомства, стоя совсем близко рядом со мной и давая попробовать разнообразные варианты вкусного десерта. А на седьмой, гуляли среди вишневых деревьев, где мужчина угощал меня крупными и сладкими ягодами.
Мне бы следовало разъяриться или попробовать прекратить это встречи, на радость Давиду. Но наш гостеприимный хозяин не проявлял ко мне не уважения. Все было так чинно и вежливо, что я самой себе казалась отвратительной. Вместо того чтобы радоваться такому отношению, я злилась на его равнодушие.
Желание ощутить новый поцелуй от Владыки стало манией для меня, и я не понимала, как такое возможно? Ведь я уже смирилась с тем, что не умею любить и желать, как обычные люди. У меня была дыра за место сердца, которая лишь брала чужую любовь.