- Вернуться туда, откуда я тебя забрал, - просто ответил маг.
- Я готова. Я согласна на ваше предложение, - решила эльфийка сразу же.
- Поклянись.
- Клянусь быть верной вашим идеалам и стремиться к ним и к знаниям, которые вы можете мне дать. Клянусь использовать данные мне силы для стремления к вашим целям, какими бы они ни были, - четко, хотя и очень тихо, сказала эльфийка. Она подписывала себе приговор, соглашаясь на дело, о котором еще ничего не знала. Но он был хотя бы не смертным.
- Очень хорошо, - довольно произнес неизвестный. – А теперь же узри учителя своего - Корифея.
Варанья с другом сдержала крик.
Глава 10. Возвращение домой
Доминика шла впереди хаоса, который постепенно распространялся от Киркволла по всей Вольной Марке, чтобы потом захлестнуть весь мир. Она уходила из очередного поселения за сутки до того, как туда приходили новости о Восстании в Киркволле. Только тогда начиналась паника, жители начинали обсуждать случившееся и ждать гостей со стороны Киркволла не с угощениями, а с факелами, с посохами они или без. Осуждали и магов, и храмовников. Будто они, слуги Церкви, могли как-то побороть смерть, как всем казалось, от старости.
Доминике удавалось скрывать свои способности вплоть до самой границы с Тевинтером. Она старалась ночевать на постоялых дворах или, если ночь заставала её в лесу, подальше от дороги, чтобы никто не видел её магией разожженного костра или потрескивающего щита вокруг стоянки. Посторонние же не приставали к женщине в простой одежде и поношенном плаще. А траурный вид прибавлял женщине несколько лет возраста.
Путь её пролегал на запад, а затем прямиком на север по Имперскому Пути через Неварру до Тевинтера. Этой же дорогой они ехали с Авелем в Вольную Марку. Верхом, на гружёных провизией и вещами лошадях.
Сейчас она возвращалась одна, почти с пустыми руками, и с печалью на сердце. Она вспоминала себе все ее ошибки за эти годы вдали от дома: смерть Авеля из-за недостаточной защиты с её стороны, смерть Андерса из-за её медлительности. Даже без Эльтины они могли перебить храмовников и сбежать из города, но вера в то, что план исполнится именно так, как хочет Андерс, заставила её пожертвовать драгоценным временем и потерять его – близкого человека. И мысли эти не позволили, как раньше, насладиться видами и атмосферой аккуратно застроенного и украшенного малахитовыми и обсидиановыми статуями столицы Неварры.
На границе с Тевинтером в поселении на тракте Доминику досмотрели. Несколько рабов-стражников и их хозяин придирчиво осмотрели её бумаги, облили едкой жидкостью. Обычная бумага с обычными чернилами была бы испорчена, эта же приобрела синий цвет вместо песочного, и белый текст, будто нарисованный мылом, отличался от первоначального. Рабы посмотрели на Доминику с уважением и ужасом.
- С возвращением в Тевинтер, Магистресса Доминика Серас. Я с удовольствием предоставлю вам сопровождение, коня и комнату для ночлега, если вам нужно, - поклонился их хозяин. Даже богатые не маги в Тевинтере были на несколько ступеней ниже любого чародея, а уж тем более магистра, поэтому подобное поведение было в порядке вещей.
- Да. Спасибо, - ответила Доминика, на нее посмотрели с некоторым удивлением. Люди её статуса не должны благодарить за такое, но ей еще придется заново вспоминать Тевинтерские правила общения. – Проводите меня до комнаты. У меня был долгий путь, - молодой мужчина ничего не сказал, кивнул и вышел из помещения для проверки документов. Один из рабов забрал у магессы узелок с вещами и пошел за ними. Жилые помещения находились в дальнем крыле здания и комната для гостей, с застоявшимся пыльным воздухом, была приготовлена заранее. На всякий случай.
- Как ваше имя? – поинтересовалась Доминика.
- Тарсиан. Бывший Эримонд. Сопорати, - рассказал мужчина.
- Тогда не упоминайте эту фамилию в одном предложении со своим именем, - заметила магесса. Сопорати – не маги, чуть более значимые, чем рабы, - родившиеся в семье магистра, довольно часто исключались из семейного древа.
- Слушаюсь.
До Менратоуса магессу сопровождали двое солдат, верхом. Путь до столицы через весь Тевинтер прошел без приключений, вокруг было непривычное спокойствие; архитектура, от которой отвыкли глаза; смиренные рабы и торговцы – сопорати; свободное использование заклинаний на улицах.