- Мне пока некуда спешить и некуда идти. Могу ли я остаться с ваши кланом, пока мои изыскания не закончатся или пока я не перестану вам быть полезной? - спросила Доминика.
- А чем ты можешь помочь клану?
- Я маг. Я могу защищать клан, ходить с разведчиками и рассказать что-то о магии, которую я знаю, вам или вашим ученикам. Я выгляжу, как человек, поэтому могу ходить в город и покупать товары без пренебрежительных взглядов со стороны. Ну, и я просто умею простые вещи, такие как стирка и готовка, - сообщила женщина.
- Это очень полезные навыки для нашего клана. Но я не могу принимать такие важные решения в одиночку. Итирен, собери, пожалуйста всех, - обратился хранитель к одному из разведчиков. – А пока они идут, скажи мне, как к тебе обращаться.
- Доминика, - представилась женщина своим настоящим именем. В каком-то небольшом клане посреди Орлея вряд ли слышали о представителе тевинтерской аристократии.
- Хорошо.
***
Чтобы стать не то, что частью долийского клана, но хотя бы начать общаться с его членами на «ты» потребовалось несколько недель. Доминику не подпускали к общему костру – она ночевала у дальней аравели на мешковине; она помогала охотиться, хотя Торанил – недоверчивый разведчик - опасался ее больше, чем хищников; готовить ее не подпускали и только где-то через неделю предложили что-то из своих запасов овощей. Переломным моментом в отношении к Доминике стало нападение на разведчиков.
Они не вернулись к ужину, хотя должны были всего лишь проверить окрестности, а не охотиться в течение нескольких суток, что иногда случалось. Брат Торанила уже на закате подошел к хранителю и поделился своими переживаниями.
- Да, дален[5]. Я тоже беспокоюсь, что с ними могло что-то случиться. Они шли в противоположную от реки сторону. У нас мало людей, но отпускать тебя одного искать брата я не могу, - сказал хранитель. – Валорин, ученик мой, помоги Лоранилу найти наших разведчиков. И возьмите с собой нашу гостью. Но будьте осторожны.
Доминика оживилась, когда Лоранил сообщил страшные новости. Ее специально решили не брать на эту разведку, и вот – случилось несчастье. Женщина не взяла с собой ничего, потому что у нее не было посоха, а эльфы взяли с собой оружие. Лоранил очень сильно волновался и торопился, а на его юном лице даже еще не было валласлина. Валорин был спокойнее. Он еще не видел магессу в действии и относился к ней… никак. Его идеалом был хранитель, он хотел учиться у него, быть, как он, и знать то, что знает он, говорить, как он, и с гордостью рассказывать о принимаемых решениях. Понимая, что среди небольшой группы спасателей разведчиков он здесь самый уважаемый член клана, он зажег навершие посоха в качестве фонаря и повел остальных в лес.
Их скитания могли бы оказаться бессмысленными, если бы они не нашли лук Торанила и его стрелы, которые оказались чуть в стороне, будто его поволокли куда-то. В подтверждение догадок стали заметны на сырой земле следы тяжелый сапог, в кустах – еще один лук – Итирена. Лоранил бережно подобрал оружие товарищей. Он чуть ли не плакал, представляя, что могло случиться с его соклановцами. Ожидания оправдались.
Спасательный отряд шел правильной тропой, они увидели огонек костра и услышали голоса. А потом – крики. Валорин потушил навершие посоха, трое подкрались к кустам поближе к поляне, на которой встали лагерем… орлесианские солдаты.
Их было чуть больше десяти человек, они сидели кружочком, ели и выпивали, не снимая доспехов. Оружие их лежало поблизости. Пойманные долийские разведчики были привязаны к деревьям. Итирен выглядел потрепанным, но ран на нем не было заметно. Юный эльф смотрел в одну точку и молчал. Торанил же был в худшем состоянии, было видно, что его пытали, хотя точно сказать, что с ним делали, было нельзя с такого расстояния.
- Что они с ними сделали? Зачем? Торанил, он жив? – истерическим шепотом спросил Лоранил. Он хотел выскочить из укрытия и застрелить хотя бы одного из обидчиков, пока его не убьют. Валорин схватил юного эльфа за плечо и грубо посадил на место.
- Тихо. Мы должны действовать разумно, леталлин, - прошептал ему маг. Один из солдат встал из-за стола со столовым ножом. Торанил приподнял глаза на обидчика и тихо застонал.