- Леталлин, твое обучение закончено, - сообщил как-то женщине Хавен. – Ты все еще можешь оставаться в лагере, сколько захочешь, но нам больше нечему тебя научить.
- Ma serranas, Хавен. Я рада, что нахожусь здесь. Я останусь, пока не узнаю что-то, ради чего мне придется снова отправиться в путь. Вокруг гражданская война, и неизвестно, разрешились ли как-то восстания в Кругах по всему Тедасу, - объяснила Доминика.
- Хорошо.
***
Корифей стоял перед столом с картой мира. Рядом с ним были самые важные его офицеры: ученица Варанья – предводительница венатори – радикальных магов Тевинтера, - которая не выступала на собраниях в магистериуме в Менратоусе, но была вторая по статусу после Старшего – самого Кориефея; Герион Алексиус – исследователь Магии Времени и Завесы, который должен был в любой момент разорвать пространство и время ради лидера, а пока занимался совершенствованием своих техник и пытался продлить жизнь уже давно зараженному скверной сыну; командор храмовников, который уже давно изучал лириум, первый из нескольких руководителей во всех частях мира; доверенное лицо орлейских Серых Стражей. Стражи сейчас были на западе Орлея, но агент должен был присутствовать на переговорах, и он один видел Старшего вживую. Хотя Корифей и выглядел, как оскверненный человек или разумное Порождение Тьмы, он говорил мудрые вещи, понимал страх Стражей перед Зовом. Он говорил о новой заразе, культ личности вокруг Корифея в Тевинтере был огромен, и все вокруг говорили Стражу, что единственный, кто сможет прекратить безумие, творящееся в мире, так это древний чародей.
Храмовник не был уверен, является ли его решение находиться здесь и дать обет верности Старшему добровольным, или это все влияние оскверненного лириума, который мог перестроить разум его и его подчиненных, но ему все еще хватало разума задумываться об этом. Если бы ему несколько лет назад кто-то сказал, что он вместе с могущественными чародеями Тевинтера будет решать, как распространить новое влияние по всему миру, истребить слабых, кем бы они ни были: магами, храмовниками или королями, - и образовать новое общество, живущее в гармонии со своими страхами и новыми силами, он бы посмеялся и отправил того на допрос к Мередит. Храмовник не был уверен, что у Старшего была какая-то личная цель, но то, чему он научил не только магов, но и храмовников, открыло всем новые горизонты могущества, помогло сплотиться вокруг этого лидера.
Корифей двигал фигуры по столу, а в центре него, на подушечке, лежала темная сфера, которую, словно подарок, принесли ему агенты некоторое время назад. Так казалось самому Магистру. Он нашел упоминания об этом древнем артефакте, как о «Сосуде снов» или «Божественном голосе», который помогал жрецам одного из Тевинтерских богов услышать его голос. Корифей пытался открыть сферу своей магией, магией крови, магическим ритуалом. Заставил увидеть во сне эту сферу молодого сомниари, которого ему привели из круга. Ничего не получалось. Недавно Корифей собственноручно принес в жертву раба. Сфера немного засияла, но потом угасла. Она продолжила греть руки Корифея после ритуала, передала ему крупицу знаний: в сфере огромная сила, способная чуть ли не обрушить небо, если не окажется в правильных руках. Сегодня же на совете обсуждался план действий.
- Старший, могу я кое-что рассказать? – поинтересовалась Серый Страж. - Я слышала, что представители влиятельных персон со всего мира готовы обсудить условия мира между магами и храмовниками. Сама Верховная Жрица Джустиния будет присутствовать в качестве нейтральной стороны на переговорах в Храме Священного Праха Андрасте. Она назвала это Конклавом и будет там сама через два месяца.
- Почти четыре года творился хаос, разваливший все Круги Магов и распустивший ордена храмовников, - недовольно заметил храмовник. – А теперь Джустиния думает заключить мир за один день?
- Какой-то шанс есть. Она все-таки не просто человек, а избранная Жрица Андрасте, - отметила Серый Страж.
- Старший, нам нет смысла присутствовать там, - предложил Герион Алексиус.