Доминика смотрела на дуэль глазами одного из зрителей-стражников. Тот даже не заметил чьего-то вмешательства. Она видела, что Гаррет проигрывает, увидела, как он потерял посох. Хотя косситы и обладали иммунитетом к внешним магическим воздействиям, на подкорке у них отложился страх к Тени и магии, и этим Доминика хотела воспользоваться. Как только Гаррет поймал Аришока в клетку, она проникла в голову предводителя кунари. Тот кричал внутри своего разума, кричал ей - демонову отродью - исчезнуть из его головы, потому что сразу почувствовал это присутствие. Поэтому он бросил свое оружие, он был напуган. Видимо, раньше ему никогда не проникали в голову, только пугали этими историями, как страшными сказками. Гаррету оставалось лишь воспользоваться моментом. Доминика отдала несколько крупиц своей манны Гаррету, чтобы тот мог поддержать мощный щит, но на это ушли почти все ее собственные силы. Проще было бы кинуть зелье и сотворить щит своими силами, но правила это запрещали.
Она смотрела через глаза стражника за гибелью Аришока, что-то потянуло ее назад, накатила резкая слабость, и магесса вернулась в свое тело. Открыв глаза, она увидела бесформенного призрака прямо перед своим лицом и его эффектное исчезновение от руки Андерса. Тот обратил сущность Тени в светящуюся голубую пыль одним своим прикосновением.
- Их было еще двое. Но теперь ты в безопасности, - маг опустил заглушающее поле и поспешил залечить порезы на ладонях Доминики. Она потеряла кровь, часть из которой испарилась при использовании заклинания, но несколько капель остались на плитке. Магесса упала на колени от бессилия, но Андерс помог ей подняться и вернуться в зал. Там уже кричали восторженные зрители. Гаррет Хоук победил.
Глава 7. Наследие
Суматоха по поводу нового статуса Гаррета Хоука и освобождения Киркволла от кунари не утихала. Горожане ликовали так, что об их радостях узнали даже в других городах Вольной Марки и странах Тедаса. Гаррету приходили письма, подарки, к нему приходили гости, в основном, из Верхнего Города. Орана с трудом успевала разбирать почту и следить за всем имением, Фенрис стоял на страже спокойствия Защитника Киркволла и отгонял от дверей почитателей по мере возможности.
Поначалу Гаррет был опьянен славой, с радостью ходил на приемы, Варрик долго расспрашивал его и его друзей о подробностях. Гаррет был в центре внимания, даже его внимание оказалось уделено лишь ему самому, как бы он ни старался. Потребовалась не одна неделя, чтобы мужчина утомился от бесконечного внимания и обожания и ограничил круг лиц, с которыми был готов общаться. Гаррет хотел вникнуть в дела города, ведь в том после восстания кунари и смерти наместника стали править и пытаться тянуть власть на себя Мередит и Орсино. То есть они руководили стражей и пытались все вместе отстроить центральные улицы портового района и Нижнего Города. Но Гаррет пока не мог элементарно выйти на улицу в Верхнем Городе, не оставшись незамеченным.
Тогда он впервые со смерти матери зашел в ее комнату и стал разбирать ее вещи. И волосы его вставали дыбом, а на глаза навернулись слезы, когда он вспоминал о тех ужасных обстоятельствах. Обстоятельствах ее смерти.
Помимо аккуратно сложенной одежды, чьих-то подарков и памятных украшений Гаррет нашел у Лиандры письма. Дорогие ее сердцу письма от отца, от ее родителей. Какие-то, наверное, лежали в лачуге Гамлена в качестве наследства, что-то мать привезла с собой из Лотеринга, спрятав в шкатулку вместе с украшениями «на черный день», которые она собиралась продать в случае нужды.
Гаррет разобрал письма, и лишь одно из них было от его отца. Мальком Хоук писал, что ему придется отлучиться из города, чтобы выкупить их с Лиандрой свободу. Куда он направлялся и о какой свободе шла речь, Гаррет понятия не имел. И единственный, кто мог ему что-то рассказать, был азартный дядюшка – брат матери, который продал даже имение, которое Гаррет теперь выкупил. Однако суматоха на улице и слишком активное внимание к его персоне не позволяли просто так выйти на улицу и поговорить с родственником.
Гаррет поделился своими мыслями с Фенрисом.
- Я приведу его, - коротко ответил эльф.
- Только не пытайся ему вырвать сердце, - предостерег его Гаррет.
Через пару часов дядя был в Имении. Опрятно одетый, как всегда нахмуренный и с красным пятном под глазом.
- Не думал, что тебя придется звать в гости силой, дядя, - хмыкнул Гаррет.