Несколько представителей Хартии, оставшиеся за ареной, развернулись и решили не преследовать смертоносную компанию. Те же, что ждали впереди, спрятались по углам и давали отпор, только если маги заглядывали в те помещения, которые были не на пути к башне. Они будто хотели, чтобы Гаррет с отрядом вошел в башню, однако путники не замечали, что их заманивают в ловушку, опьяненные тем, что, как им казалось, нагнали страху на гномов. Одной Мерриль не нравилось происходящее, будто она - загнанный долийскими охотниками дикий зверь.
Башню Серых Стражей было видно еще до подхода к Веймарским Горам. Она возвышалась и выделялась между ближайшими вершинами, будучи неприступно окруженной остальной грядой. Вход в башню был всего один, потому что это здание, больше похожее на узкую скалу, пронизанную сетью пещер, поднималось из глубокой расщелины, а на среднем уровне, где начинались помещения, с остальным миром башню соединял всего лишь один единственный мост. Возможно, когда-то их было больше, но оставался последний.
Вершина башни даже в дневное время суток излучала неяркий холодный свет. Именно там была сосредоточена магия, именно там было сокрыто то, что помогал сдержать отец Хоуков. Отряд прошел по крепкому еще мосту к башне, обернулся: гномы из Хартии стояли рядами, не решаясь ступить. Они следовали по пятам и теперь закрыли путь обратно. Лидер Хартии - более крупный гном в доспехах, с пышной бородой, - подался вперед и, плюясь на дорогу, выкрикнул:
- Кровь Малькома Хоука явилась!
Небольшой отряд поежился, но не стал убивать гнома. Они вошли в башню. Хартийцы еще некоторое время стояли у моста, но потом разбрелись в полусонном состоянии по каким-то своим делам.
Башня казалась пустой, как и руины. Пыль в жилых комнатах лежала на столах, ржавые петли старых дверей противно скрипели. Позже стали появляться выцветшие записки, чистые от пыли полки и полы, дорожка, вытоптанная на полу, вела к центру башни.
Андерс держался за виски с тех пор, как отряд вошел в башню, но, когда за воротами замаячили мосты и башня внутри башни, побледнел и упал, уронив посох. Доминика оставила свое оружие и присела рядом.
- Ты в порядке? Ты весь горишь. Лихорадит? - магесса потрогала его лоб.
- Я все еще Серый Страж, поблизости Порождения Тьмы. Уже и отвык от этого, - через силу ответил мужчина. - Но я смогу идти дальше, как только свыкнусь с этим ощущением.
- Ты сможешь сражаться, маг? - спросил Фенрис.
- У меня есть успокоительная настойка. Ее лучше пить перед сном, но я могу предложить и тебе, - Мерриль начала рыться в небольшой походной сумке.
- Я справлюсь, спасибо, - такое внимание заставляло Андерса чувствовать себя немного неуютно. - Я не хочу заснуть посреди боя, - он смог встать. Затем маг закрыл ладонями лицо, а, когда убрал руки, янтарные глаза мага блестели бирюзовыми огоньками, а вены на лице и руках излучали лириумный свет. - Так мне намного легче. То, что оставил мне Дух Справедливости, что бы это ни было, помогает мне чувствовать себя спокойнее. Надеюсь, вы не против.
- Мне все равно. Я все еще помню твои приступы во времена нашего первого года знакомства, - усмехнулся Гаррет Хоук. - Меня все еще может передергивать от твоего вида, но я это как-нибудь переживу.
- Если тебе все еще понадобится лекарство, скажи. Это сияние выглядит интересно, - ответила Мерриль.
- Я знаю, что ты не одержим, - сказал эльф. - Но меня все еще беспокоит твой вид, - недовольно сказал он.
- Твои лириумные татуировки светятся еще ярче, - парировал Андерс.
- Это точно, - чуть улыбнулся Фенрис.
- Надо будет потом опытным путем выяснить все, что оставил тебе Дух Справедливости, - подумала вслух Доминика. - Экспериментальным путем, - добавила она. - Может, магов тогда можно будет специально привязывать к духам, чтобы получать новые способности, как, например, защита от одержимости демоном.
- Не забудь, что Справедливость мог просто исчезнуть. Он сам решил оставить после себя что-то, - поправил женщину Андерс.
- Да. С этим могут возникнуть проблемы. И тогда окажется, что я далеко не первая, кто хотел бы поладить с духом, чтобы потом получить от него способности, но только навлек на себя беду, - грустно согласилась Доминика. - Оставим пока это, - отряд уже двинулся вперед, и за их диалогом никто особо не следил.