Рано в предрассветных сумерках маги дошли с Фенрисом до дверей таверны, но вошел он как бы один. Однако Гаррет не сдержался и вошел следом через десяток секунд, а остальные последовали за ним. Внутри было слишком тихо.
Эльф уже сидел за одним из столов посреди зала в компании одной единственной эльфийки в простой одежде из хорошей ткани. Бармена за стойкой не было, несколько пьянчуг уснули прямо за столами, двое спали в углах на полу или скамейках, прикрывшись плащами. Ничего не предвещало беды.
Эльфийка насторожилась, когда в таверну зашли еще четверо, но продолжила разговор. В тишине зала было слышно, как она называет Фенриса другим именем - Лето, - и эльфу это не нравится. Он попытался сменить тему и спросить, как его сестре живется сейчас, не будучи рабыней, но та не торопилась с ответом.
- У нее все хорошо, Фенрис, - вышла из тени на лестницу второго этажа фигура. Пожилой магистр в мантии посмотрел на зал сверху вниз и остановил взгляд на Фенрисе.
- Дэнариус! И ты с ним заодно? - бросил он гневный взгляд на сестру.
- Прости меня! - попятилась Варанья в угол помещения.
- Не извиняйся перед ним, ученица моя, - с ухмылкой сказал Дэнариус. - Я вижу, и Защитник Киркволла собственной персоной здесь. И госпожа Серас. Да, да. В Тевинтере знают, где вы и с кем общаетесь, поэтому я не удивлен встретить вас здесь.
- Мне интересно было увидеть вас воочию, Дэнариус, - ответила женщина. Маг поднял бровь: он не ожидал такого неуважительного обращения к себе. - Магистр, - поправилась Доминика, чтобы не показаться невежливой.
- Так кто из вас новый хозяин Фенриса? Вы или Защитник? Я пришел вернуть свое, - объявил он.
- Фенрис не раб больше, - огрызнулся Гаррет. - И тебе он не достанется, - эльф обернулся на Гаррета и посмотрел с благодарностью.
- Как жаль, - развел руками магистр. Фенрис уже выхватил меч и побежал к бывшему хозяину, но увяз в защитном куполе вокруг мага, как в болоте. - Я так много сил и времени потратил на тебя, Дитя мое, - ласково произнес Дэнариус, без нотки ненависти в голосе. - Я сожалею о том, что оставил тебя несколько лет назад одного. Я просто хотел тебя вернуть, снова дать тебе дом.
- Неправда! Ты хочешь снять с меня кожу, - возмутился обездвиженный эльф. Маги приготовились ударить по магистру и разрушить его защиту.
- Ну-ну, - покачал головой тевинтерец. - Дайте же мне договорить. Фенрис, я никогда бы не стал снимать с тебя кожу. Ты прекрасен, пока эти татуировки сияют, а сияют они, пока ты жив. Я создал тебя, как ты сам и просил. Ты поучаствовал в моем деле по своему желанию, пусть и утратил все воспоминания. Я хочу вернуть тебя не потому, что ты теперь моя собственность, я просто не хочу оставлять тебя одного. Ты же мне, как сын.
- Я не мог согласиться на такое, - возразил эльф.
- Ты правда сделал это, - сказала его сестра. - Чтобы освободить нас с мамой от рабства.
- Я не мог... согласиться на эксперименты над собой.
- Но смог, Дитя мое. И я ценю твою жертвенность, - улыбнулся Дэнариус. - Я предлагаю тебе оставить этот грязный город, вернуться в дом. Ты не будешь рабом, нет Андрианы, которая так издевалась над тобой у меня за спиной.
- У Фенриса теперь есть другой дом, Дэнариус. И, если только он сам не захочет, он останется со мной, - оборвал речь магистра Гаррет.
- У него не останется выбора, если ему не будет, куда возвращаться, - хищно ответил маг. Спящие пьяницы в зале встали со своих мест и скинули плащи, оказавшись наемниками и личной охраной Дэнариуса.
Битва была недолгой, яркой, в зале сгорела часть мебели, а в потолке образовалась приличная дыра. Личная охрана Дэнариуса на деле оказалась тевинтерскими храмовниками, а наемники были защищены амулетами, будто магистр предполагал, что с Фенрисом придут все эти маги, ну, или, как минимум, Защитник Киркволла. Однако даже вся эта подготовка не помогла бывшему хозяину эльфа выиграть этот бой. Варанья вообще не участвовала в бою, закрывшись своим магическим щитом от случайных атак.
Победители почти не пострадали, Фенрис лично убил Дэнариуса, когда смог освободиться из вязкого купола и догнать мага в коридоре второго этажа. У эльфа были обожжены ладони, а уголок рта подрагивал после вспышки электричества прямо в лицо, но он удовлетворенным спустился в зал, когда схватка уже закончилась.