Элачи выдохнул и, недолго думая, смотался в Европу. До этого он прочитал в газете статью о странном дельфине, живущем в украинском дельфинарии. Млекопитающее никак не отреагировало на чужой сигнал. Элачи решил закрепить полученную терапию — как говорят русские, вышибить клин клином! Однако уже на месте, в Одессе, кошмары возобновились, за малым исключением. Сменился сюжет. Элачи больше не был оперируемым пациентом, из нутра которого раз за разом достают инородную сущность. Теперь его пеленали в какой-то латекс, укутывали, связывали по рукам и ногам, затем бросали в вязкую субстанцию, так напоминающую смолу, после чего отходили в сторону и тихо перешёптывались между собой на непонятном языке. А Элачи молча вяз в жиже, словно муха в капле мёда, и понимал, что со дна этого эфемерного болота кто-то или что-то всплывает. Каким именно образом — это уже другой вопрос. Факт, что это происходит здесь и сейчас, а ты даже на помощь позвать не можешь! Потом Элачи чувствовал прикосновение к ноге, и начиналось стремительное погружение. Самым мерзким было пропускать внутрь себя густую жижу. Она занимала всю сущность, оставляя под ложечкой маленькую ячейку, как последнее пристанище для заблудшей человеческой души.
Элачи вздрогнул. Нервно вдохнул. Приложил руку к груди, откашлялся.
— С вами всё в порядке? — прозвучало над ухом.
Элачи глянул на стоящего рядом человека.
«Ах, ну да…»
— Да-да, всё в норме, не обращайте внимания. Просто длительный перелёт, всё такое… Сами понимаете.
Евгений Валерьевич кивнул.
— Ещё бы… Ладно, смотрите так. Только недолго. Договорились?
— Не беспокойтесь, я не буду назойливым. А можно вопрос?
— Да, конечно.
Элачи помялся.
— Скажите, вы давно работаете в этом дельфинарии?
— С момента его открытия. Это необходимо для ваших исследований?
— Нет. То есть, да. Хотел бы уточнить один момент: где был пойман этот дельфин?
Евгений Валерьевич потёр подбородок.
Элачи сразу же насторожился.
— Только не говорите, что дельфин появился на свет уже в неволе.
— А что не так?
Элачи развёл руками.
— Нет-нет, ничего. Просто… Это затронет некоторые аспекты моей работы. Придётся заново проводить наблюдения, строить предположения, догадки. Ну, понимаете…
Евгений Валерьевич как-то странно кивнул.
— Понимаю. Нет, Мячик появился на свет не у нас. Его обнаружило иностранное научно-исследовательское судно на берегу Атлантического океана, неподалёку от «Парк Девоншир Бэй».
— «Парк Девоншир Бэй»?! — Элачи с неимоверным трудом удалось сохранить самообладание. — Этого дельфина нашли на Бермудах?
— Да. А что в этом такого?
— Нет-нет, ничего, простите. Как давно это случилось, и каким образом он попал именно к вам?
Евгений Валерьевич развёл руками.
— Год назад. Элемент везения. Первый транспорт, способный принять на борт соответствующий груз шёл в Феодосию. Уже на месте дельфина перенаправили к нам на реабилитацию.
— Год назад… — Элачи нервно тёр подбородок. — И вы не отходили от него с момента появления?
— Именно.
— А скажите, в поведении этого дельфина… Мячика — так вы его называете, верно?
Евгений Валерьевич снова кивнул.
— Вы не заметили ничего странного в поведении этого самого Мячика?
— Странного?.. — Евгений Валерьевич задумался. — Ну, как вам сказать… Дельфин перенёс серьёзный стресс. Естественно, его поведение, в определённой степени, отличалось от признанных норм.