«Тебе нужно срочно разыскать Его. Только Он может это прекратить! Я не знаю, как всё началось. Как началось именно у тебя. Но тебе нужно снова «уснуть». Обязательно! Иначе…»
Яська, словно загипнотизированный, шагнул к кровати.
«Да, нужно уснуть, иначе Они и впрямь явятся. А тогда… Тогда… Тогда меня посчитают больным и ото всех закроют. Останутся только Они, как козявки внутри головы. Ясь, а Ясь, давай поиграем?.. Ты знаешь, как скучно в вечности? А знаешь, как не охота умирать?! Очень-очень, только мало кто об этом задумывается, потому что лень. А зря, лениться не нужно ни в коем случае, иначе можно запросто очутиться под Звездой. Хочешь к нам? У нас тут есть много чего интересного! Мы ждём каждого из вас, чтобы поиграть! Ну же, Ясь, а Ясь!..»
Яська уже толком и не понимал, его ли это мысли — его подсознания, или гадкой козявки, что в очередной раз прорвалась наружу. Ему хотелось одного: просто уснуть. Без снов и всего остального.
Просто уснуть — ведь сон лечит.
Хотя, как знать, ведь откуда-то Они являются…
Он куда-то провалился.
Наутро шёл дождь.
Яська проснулся с тяжёлым грузом на душе и долго лежал, прислушиваясь к перестуку капель за окном. Правда, стука, как такового, не было: лишь прерывчатая дробь, что охапками бросал в стекло резкий ветер. Яське такой дождь не нравился: разящий, колючий, хищный — он, в большей степени, походил не на идиллию стихии, а на попытки проникнуть в реальность чего-то извне. А все недавние события, только лишний раз подтверждали данность.
Яська прекрасно понимал, что прыгалки появились в его сне вовсе не случайно, как понимал и то, что Росинка пыталась его, ну если не спасти, так хотя бы предупредить. Ведь она не раз побуждала Яську снова «уснуть», потому что если не «спать», можно реально во что-нибудь вляпаться. Хотя Яська и без того уже барахтался, причём довольно основательно «утоп». Он тонул буквально с головой, но всё равно не желал отступать. Особенно теперь, когда в его жизни чудеснейшим образом появилась несуществующая в реальности сестрёнка. Яська желал разобраться, почему Они забрали её, и с какой целью населили его сны тьмой!
Яська свесил ноги с кровати, коснулся босыми пятками пола. К стопам тут же пристало что-то липкое и холодное.
Яська глянул вниз и обмер. Следы, только не человеческие, а чьи-то ещё! Рептилии или земноводного — Яська помнил лапку лягушки или ящерки, те были схожи в своих размерах и пропорциях. И тут, то же самое… Только слоновьих размеров! Из-под откинутой к стене простыни вновь материализовались ночные страхи, а может, кошмары — поди, теперь, разберись, что оно на самом деле и как называется.
Яська вспомнил тень. Вспомнил, как та сползла по стене и, такое ощущение, скользнула в наволочку подушки.
А он потом спал на этой самой подушке, обнимал её во сне, пускал слюни!
Яську аж передёрнуло — вот ведь беспечное дитя! Со всех сторон напирает невесть что, а он в это невесть что — головой. И думай теперь, во что это всё выльется. Хотя, возможно, думать уже поздно. Если ночью в комнату и впрямь что-то пробралось, после чего затаилось в подушке, в таком случае, скорее всего, оно уже там, рядом с гадкой козявкой, что то и дело манит к себе, в темноту.
Яська содрогнулся. Принялся массировать виски круговыми движениями указательных пальцев — он хотел выдавить жуткий кошмар из собственной головы.
Потом Яська внезапно понял, что в воздухе повис странный запах. Странность заключалась в том, что он знал его. Так пахла сточная канава, по которой они с Колькой спустили к речке плоскодонку: мерзко и противно, словно поблизости кто-то напукал.
Яська наклонился. Тут же пришла догадка: запах источает грязь на полу. Тварь, вне сомнений, явилась оттуда. Возможно, прямиком из старой водонапорной башни, высвободившись из мешка и проделав путь вверх по течению ручья.
Яська побледнел.
Он вспомнил, насколько схожи странные существа, что вывалились из мешка, с изображением просвеченной грудной клетки человека на рентгеновском снимке. Сходство было стопроцентным, словно всё обстояло именно так, как думал сейчас Яська. А мысли его были ужасны: что если твари и впрямь изнутри? А тогда получается: все те странности, что с ним происходят, не что иное, как прямое свидетельство того, насколько и впрямь близка Тьма! Она вовсе не за пределами известного нам мира, она намного ближе: здесь, в сердцах, причём с самого рождения. Бесы постоянно ищут выхода наружу, и так начинается зло. Оно произрастает из недр грудной клетки, которая по существу и является обителью вселенского зла. Сам человек, есть зло — вся его дьявольская сущность!