— Евгения, вы с нами?
Женя вздрогнула. Уставилась на Титова, будто видела впервые в жизни. Тут же взяла себя в руки и отложила пакет прочь.
— Нет аппетита? — спросил Аверин.
— Фигуру берегу, — попыталась отшутиться Женя, но ничего не вышло.
Титов вздохнул.
— Самое страшное в нестандартной ситуации, это когда ты перестаёшь её контролировать.
— Неплохо сказано, — кивнул Аверин, выдавливая в рот вязкое повидло. — Хм… Тоже неплохо.
Титов провёл ладонью по лицу.
— Ну так что, Евгения? Давайте не будем играть в молчанки и прочее — мы же с вами взрослые люди.
Женя тряхнула головой.
— Да я и не играла ни во что, — она вновь ухватилась за отложенный пакет.
«Ой, плохо! Вообще жуть! Только посмотри, до чего ты себя довела, подруга!»
— Просто думала, с чего начать. Ведь, по сути, ничего и нету.
— Ничего себе, нету, — Титов покачал головой. — По радио вовсю болтает неведомо кто, а вы, шуточки шутить!
Женя выдохнула. Затем набрала в лёгкие побольше воздуха и заявила:
— Я бы сказала, что они разрозненные — эти комбинации, — ответила Женя. — Имеются редкие повторы. Но если не задаваться конкретной целью их определения, то покажется, что данные всё время изменяются.
Титов тёр указательным пальцем губы и молчал.
— А чего-нибудь странного нет? — спросил Аверин. — В этих цифрах. Может число «пи» проскальзывает или стороны равнобедренного треугольника упоминаются?.. Невзначай, конечно.
Женя метнула в Аверина взгляд полный ненависти.
— Сядь и послушай, если так интересно! Одного понять не могу: почему все на меня так взъелись? Я просто врач, а не пилот или научный сотрудник-лингвист! А если никто из вас не знает латынь, так это ваши проблемы, а не мои! Садитесь и учите, пока не долетим! Заодно, расширите кругозор.
— Евгения, — Титов искренне посмотрел Жене в глаза — та тут же отвернулась. — Женя, никто на тебя не злится и не давит. Тебе это просто кажется из-за той напряжённости, что царит сейчас внутри корабля.
— И чем же она вызвана, эта ваша напряжённость? — безразлично спросила Женя, по-прежнему смотря в сторону.
— Внешними факторами. Думаю, это нормально. Особенно, если учесть факт того, что мы столкнулись с неизведанным. Причём так скоро. Я, если честно, ничего подобного и не ожидал.
— Выходит, нам незачем лететь дальше, — Аверин скучно улыбнулся.
— Это ещё почему? — не понял Титов.
— Вы ведь нашли ту жизнь, что искали. Причём не каких-нибудь там головоногих малюсков или медуз, живущих подо льдом, а здравомыслящих существ, что уже освоили радио и дальний космос.
— Всё шутите? — Титов вновь повернулся к Жене. — Сколько разрядов в численных построениях?
— Когда как. Но в основном, четыре разряда. Насколько правильно я могу судить. Потому что произношение немного изменено, плюс помехи и разнообразие голосов в эфире.
— Как это, разнообразие?
— Ну как… — Женя пожала плечами. — Это явно разные существа. Причём из различных мест. Потому что мощность сигнала постоянно меняется.
— А женские голоса есть? — спросил Аверин.
— Есть, — охотно откликнулась Женя. — Причём заключительную фразу — «натант, — неизменно говорит женский голос. А мужчина перед этим повторяет, ранее сказанную ею комбинацию чисел. Как-то так.
Титов кивнул.
— Ясно.
— Что вам ясно? — поинтересовалась Женя.
Титов тяжело вздохнул. Собрался было ответить, но Аверин его опередил:
— Это — станция. Обычная железнодорожная станция, какие есть в любом современном городе.
— Вы сами соображаете, о чём говорите? — Титов покрутил пальцем у виска. — Какие поезда? Мы за триста миллионов километров от ближайшего железнодорожного вокзала!
Аверин качнул головой.
— И всё-таки это Путь.
— Откуда ты знаешь про Путь? — Женя еле сдержалась, чтобы не вскочить на ноги.
— Так, с меня хватит, — Титов сунул недоеденный обед в пластиковый пакет, запечатал и опустил в мусоросборник. — Евгения, плохо. Очень плохо, если не сказать больше. Вы меня разочаровываете. Я надеялся на вашу сознательность, а не на этот, простите, каламбур… Приятного аппетита.