Светлана резко открыла глаза.
— Господи! — Женя в ужасе отшатнулась прочь. — Малыш, что это?!
— Мои визоры отключены, Евгения. Опиши, что ты видишь?
— Я… Я… Я вижу мрак!
— Какой мрак, Евгения? Отключился свет? Проверяю схемы… Всё исправно.
— Нет, дело вовсе не в освещении! Хотя как знать… — Женя нерешительно подошла к замершей Светлане. Переборола подкатившую к горлу дурноту. Прошептала, глядя в стеклянные глаза девочки, внутри которых застыла бездна: — Светлана… Светлана, ты меня слышишь?..
Девочка взвизгнула и забилась в истерике.
Женя чудом увернулась от просвистевшего рядом с виском кулака Светланы. Кое-как совладала с паникой. Попыталась схватить отбрыкивающуюся девочку за руки. Получила удар босой пяткой в живот и осела на пол.
— Светлана, где ты сейчас?.. — прохрипела Женя, силясь восстановить сбившееся дыхание.
— Зарегистрирован мощный электромагнитный импульс в ионосфере Юпитера. Похоже на открытый радиоканал.
Женя отошла от шока. Попыталась вновь успокоить Светлану.
— Тише, девочка, тише… Ну же, ответь! Разговаривай с нами! Иначе они тебя заберут!
Корабль тряхнуло. Погас свет, наполнив каюту оранжевым маревом. Жене показалось, что она вновь слышит раздосадованный хрип. Как будто в глубокой норе отошел от долго сна огромный богомол, что учуял запах заплутавшей стрекозы.
Вспыхнул свет.
Светлана больше не брыкалась. Её трясло, как в лихорадке, а на губах пузырилась алая пена.
— Нет! — выкрикнула Женя и принялась суматошно носиться по каюте, сшибая незакреплённые вещи. Она схватила со столика первое, что подвернулось под руку. Вновь подскочила к Светлане. — Сейчас, милая!.. Только держись!
Женя попыталась уложить Светлану на бок, но только дико вскрикнула, не понимая, как подобное возможно. Девочка была ледяной. Абсолютно, точно простирающийся за бортом космос.
— Да что же это такое?.. — прошептала Женя, заставляя непослушные руки двигаться.
Светлана больше не сопротивлялась. Позволила Жене уложить себя на правый бок. Захрипела.
Женя поняла, что не успевает. Мельком глянула на зажатый в собственном кулаке предмет.
«Сувенирная ложечка из серебра! От набора на столе».
— Из серебра… — прошептала Женя. Потом вздрогнула и попыталась разжать Светлане зубы.
Девочка вытянулась, словно струна. Женя показалось, что она слышит треск натянутых сухожилий ребёнка. Заскрипели стиснутые зубы. Голова неестественно свесилась набок. Захрустели шейные позвонки.
Женя с трудом заставила себя остаться на месте.
— На борту посторонний.
— Что?! — Женя резко обернулась. Почувствовала, как сдавило виски. Из носа закапало.
Женя смахнула с лица кровь. Вновь повернулась к трясущейся Светлане. Сосредоточилась на спасении девочки. Челюсть поддалась лишь с третьей попытки. Светлана натужно вдохнула. В груди у неё заклокотало. Тело слегка расслабилось, но лишь на какие-то секунды, после чего изогнулось в чудовищной судороге.
Женя чудом уберегла пальцы; ложка осталась зажатой между крошащимися зубами девочки.
— На борту чужой.
— Что Оно собой представляет?! — выдохнула Женя, скача безумным взором по потолку и стенам.
— Я… Я не знаю, Евгения. Мои сканеры регистрируют лишь постороннее присутствие на корабле и только. Чего-то прибавилось.
— Тогда почему ты сказал: «На корабле чужой»?!
Погас свет.
— Ergo omnes mortui sunt, — о пол звякнула ложка.
«Мы все — мертвы!»
Женя вздрогнула. Медленно обернулась и завизжала, не в силах снести увиденного.
Светлана повисла в темноте над диваном, неестественно скривив голову набок. Она походила на повешенного манекена, за малым исключением: глаза девочки излучали фиолетовый мрак, а над головой навис нимб, так похожий на кольца далёкого Сатурна.