Европа оглядела горизонт, силясь высмотреть в свинцовых волнах знакомого дельфина. Правая нога подвернулась... Девочка вскрикнула, не в силах снести боль, и полетела в тёплую воду.
Юнона не сдержала радостного возгласа – ещё бы, так повезло! Но ей не повезло. Сверху что-то налетело и вцепилось в волосы. Юнона взвизгнула, попыталась отбиться... Вроде как вышло, однако лишь на какое-то время... после чего невидимый враг вновь решительно заявил о себе – он просто дёрнул за волосы, и Юнона полетела в пенящиеся волны вслед за подругой.
Фарида молча наблюдала страшную картину: огромный орёл сбил Юнону с ног, после чего вцепился в волосы и поволок девочку обратно к берегу.
Из морской пучины возник белый бык: он натужно сопел, отхаркивал зелёную пену и решительно скользил в сторону замершей Европы.
- Европа, беги, это же Он! – Фарида почувствовала, как и её саму тащит вглубь берега какая-то могучая сила, с которой она просто не в силах совладать. – Европа, просто оглянись!..
В прибрежные скалы вонзилась жёлтая молния. В небесах недовольно зарокотало. Вспышка повторилась... Снова, снова... и снова...
Фарида почувствовала, как в её ушах поселился медный звон. Тем не менее, она продолжала что-то кричать, стараясь предупредить ничего не подозревающую подругу о том, что на неё надвигается серьёзная опасность. Налетел очередной вихрь, и Фарида снова ослепла.
Европа всё же совладала с болью в стопе, обернулась.
- Кто ты?
Бык замер в шаге. Понурил голову и заговорил человеческим голосом:
- Ты неимоверно красива, Европа. Я спустился, чтобы открыть тебе истину.
- И что же это за истина?
- Обещаю, когда ты почувствуешь её, то не захочешь вновь возвращаться к реальности.
- Но ведь здесь мой дом.
- Да. И я тебе так же обещаю, что ты непременно возвратишься назад... если, конечно, пожелаешь сама.
- Но почему именно я?
- Ты оказалась избранной.
- Кем?
- Мною.
- Так кто же ты? Ты ведь так и не ответил на мой вопрос.
- Я владыка, уставший от мирских забот. Путник, что возжелал на закате дня обратиться к истинному наслаждению, коему дозволительно придаваться в мире человеческих эмоций. Я просто учитель, пришедший открыть тебе глаза, Европа...
- Но почему же ты в образе быка?
- Мой образ ничего не значит. К тому же там, куда я собираюсь тебя отвести, он и вовсе не имеет смысла. Пускай именно это тебя не пугает. Обещаю, что на рассвете всё закончится, и ты сможешь вернуться к своим подругам.
- А как же ты?
- А я продолжу свой путь. Мы никогда больше не встретимся, Европа.
- Но куда же ты хочешь меня отвести... и что показать?
- Здесь неподалёку есть чудный остров.
- Ты хочешь туда плыть?
- Да.
- Нет. Я плохо плаваю. И ко всему, до жути боюсь открытого моря!
- Не бойся, Европа. Я довезу тебя.
- Довезёшь? Разве у тебя есть корабль?
Европа недоверчиво осмотрела замерший горизонт.
- Я довезу тебя на своей спине.
- Спине?..
- Да. Ну же, залезай, пока вновь не начался шторм... и ты увидишь самое прекрасное, что может пригрезиться при жизни простому смертному! И не только... Европа, ты это почувствуешь... в себе. А затем, сохранишь на остаток всей своей жизни!
Европа вздрогнула.
- А как же Фарида и Юнона? Они ведь испугаются.
- Ничего страшного. Я же уже сказал, что к утру ты вернёшься, и всё станет как прежде.
- Я... Я не знаю... Я совсем не уверена...
- Ну же, Европа, смелее! Нужно расширять горизонты познаний, иначе так просто заплутать на задворках своего же собственного подсознания. Утратить путь.
- Ты говоришь странные вещи... Я практически ничего не поняла.
- Не важно, что я говорю, Европа, важно то, что именно для себя решишь именно ты.
Европа почувствовала дурноту.
- Я... даже... не знаю... почему мы... до сих пор... тут стоим...
- Вот и славно. Полезай на меня.
Девочка неуклюже подняла руку, затем другую, оперлась о рога и вскарабкалась на широкие бока зверя.
- Юнона, я вернусь под утро! Передай это Фариде! И ещё скажи, чтобы она за меня не волновалась! Я вам всё обязательно расскажу! Потом... когда вернусь!
Фарида сидела на песке и качала головой.
- Нет. Он не отпустит. Такой как есть, ты уже не вернёшься. Ты вернёшься с чем-то иным... Ты вернёшься познавшей истину.
Буря над головой стихла, будто ничего и не было. Отрепья туч стремительно уносились на восток, словно в попытке запутать следы. Блеснуло бледное солнышко, окрасив беспокойные волны серебром.