Сторожка допрашиваемого свидетеля стояла одиноко на окраине города в небольшом гаражном кооперативе, в нескольких сотнях метров от места обнаружения массового захоронения подростков. Первый допрос сторожа Владлена сразу удивил Платона. Слишком все было ровно в его показаниях. Он ничего не видел, ничего не слышал. И ничего толком никому не сказал. За все время работы во внутренних органах, Платон часто сталкивался с такими «экземплярами». Колоть таких свидетелей или подозреваемых, для Платона была еще та забава.
Антон всю дорогу молчал, изредка высовывая наушники из ушей и спрашивая как быстро они доберутся до пункта назначения. Платон не особо хотел разговаривать, все его мысли были только о Марке и вчерашней ночи. Он несколько раз ловил себя на том, что скучает по Марку. Когда дорога увлекала его внимание и он слегка забывался, то легкое щебетание бабочек в животе внезапно ощущалось вместе с всплывающими картинками в голове, как он, находясь, внутри Марка чувствовал жгучую страсть.
Добравшись до сторожки деда Владлена, Платон с Антоном сразу постучали во входную дверь добротного домика из бруса. Явно дед был глухим и скорее всего уже немощным. Понадобилось около двадцати минут, чтобы дверь в конце концов отварилась. Сгорбленный дед, попросил пройти в зал, ни сказав ни слова. Скорее всего он много раз уже встречал полицейских и проявлять хоть каплю увежения для него было невмоготу.
Устроившись на диване Платон ожидал, когда дед займет место напротив него. Антон стоял рядом, опершись на стенку, приготовив блокнот и ручку. Дед сновал по комнате, пытаясь найти то ли очки, то ли слуховой аппарат, то ли еще что-то важное для него. Платон не рассчитывал, что встреча так растянется во времени. Подсознательно ему хотелось вернутся как можно быстрее в офис и увидеть Марка. Время в пути скорректировало его отношение к нему. Вутри Платон чувствовал необходимость в извинениях, но эти мысли он сразу же задавил в себе и настроился на рабочий процесс.
- Владлен, вы готовы? – не терпя бессмысленную суету со стороны деда, поинтересовался Антон.
Платон даже не ожидал, что Антон крикнет. Но дед не среагировал. Еще с минуту он шастал по своей комнате и в конце концов сел на злополучный диван.
- Вы уже поясняли, что в последний месяц ничего не замечали подозрительного? – начал с вопроса Платон.
- Так точно, ничего! – спокойно проговорил дед.
- Вы были на дежурстве 18 апреля? – не смотря на деда, продолжал Платон.
- Да. – не задумываясь оттороторил дед.
- То есть 19 числа вы не дежурили? – продолжал Платон.
Дед слегка помедлил.
- Так точно. Нет! – уверено проговорил дед.
- А как вы провели выходные после дежурства 19 числа?
- Я отдыхал, на рыбалку ходил на озеро неподалеку – все так же ровно отвечал дед Владлен.
Антону показалось скучным слушать их монотонный диалог и он решил пройтись по залу. Зал оказался довольно просторным, не смотря на то, что домик снаружи был компактным. В стенке вещи были в беспорядке, одежда висела на дверях и ручках дверей. Все типично и обычно. Дед живет здесь постоянно. Антон обратил внимание на дверной проем, скорее всего ведущий в кухню. В ту же секунду дверь слегка двинулась и закрылась. Там определенно кто-то был и слушал разговор.
- В доме кто-то еще есть? – поинтересовался Антон, не сводя глаз с двери.
- Да, - ответил дед. – Мой внук. Дочь оставила его на время. Митька. Хулиган. Иди сюда.
Дверь распахнулась и в зал вошел подросток, лет шестнадцати. Слегка заторможенная мимика сразу выдавала в нем какое-то отклонение. Пацан подошел к деду и сел с ним рядом. Дед положил на его плечо свою иссохшую руку и внимательно посмотрел на Платона.
Платон задал ему еще с десяток вопросов и получил на них все те же ответы. Ни на один вопрос дед не ответил как-то по-другому. Все было сказано точно в той же форме, как и в распечатке первого допроса. У Платона не осталось сомнений, что деду явно напели о том, что говорить и как.
- Спасибо, Владлен – закончил допрос Платон.
Дед Владлен так и остался сидеть на диване с внуком, когда Платон и Антон покинули дом. Пока они шли к машине ни один, ни второй не проронили ни слова. Сев в автомобиль, Платон удивился, что ни в одном из документов он не увидел информации о внуке деда. Ведь, если внук есть, то существует вероятность, что и в тот злополучный день, он так же мог находиться рядом с дедом. Но оснований для привлечения его в качестве свидетеля не было. А значит надо было действовать иначе – по-старинке.