- Действительно, меня не интересовало, что думают об этом другие. Хотя нет. Существовал человек, мнение которого мне было не безразлично. Вернее, я бы хотела, чтобы он вообще ничего не знал обо мне и Красавчике. Но Максим знал. Однажды он увидел, как я выходила из кабинета Красавчика, и все понял - это было заметно по его глазам. Они внезапно погрустнели и в них пропали веселые огоньки, которые мне так нравились... Помню, тогда мне даже стало как-то не по себе. Наверное, это чувство называется стыдом. Хотя, ничего запретного я не делала. Я была свободна, хозяина у меня не было, и я могла проводить время с кем угодно. Но с тех пор, я старалась, чтобы мой Толстячок не встретил меня с Красавчиком...
Вспомнив о Максиме, я поняла, что хочу видеть его прямо сейчас, немедленно. Только сейчас до меня дошло, что я по нему ужасно скучаю. Решив не откладывать встречу на потом, я забежала в нашу опустевшую во время обеда комнату, взяла мешочек с провизией и отправилась в соседнее крыло здания - в отдел планирования.
У Максима, как у начальника отдела планирования, был отдельный кабинет. Я решила постучаться, хотя обычно входила без стука. Две недели все-таки немалый срок, возможно, у него появилась новая подружка. Было бы жутко неудобно помешать им в самый «ответственный» момент. Честно признаться, мысль о том, что у Толстячка может появиться подруга, оставила где-то в душе неприятный осадок. Чтобы поскорее решить свои сомнения, я громко постучала.
- Входите! - Раздался из-за двери знакомый голос. Я повернула ручку и вошла в небольшую светлую комнату. Около окна стоял большой стол, на котором аккуратными стопками расположились папки с расчетами, планами и т.д. Напротив двери стоял большой шкаф, до отказа заполненный все теми же папками. Около шкафа, спиной к двери стоял высокий, немного полноватый мужчина в сером свитере и черных, идеально отглаженных брюках. Он держал в руках какой-то лист бумаги, который, видимо, извлек из раскрытой папки, лежавшей на массивной тумбочке, притулившейся рядом со шкафом. Я захлопнула за собой дверь. Максим, а это был именно он, обернулся, чтобы взглянуть, кто пришел:
- Флоруся! - Обрадовался он и чуть не выронил листок, который держал в руках. - Проходи, садись! У меня здесь беспорядок... - Смущенно сказал он, махнув рукой в сторону аккуратных стопок бумаг и папок. - Конец года, отчеты...
- Ты еще моего стола не видел! - Рассмеялась я. - У тебя здесь просто идеальная чистота. Я даже не знаю, смогу ли здесь пообедать - страшно насорить.
- Какая ерунда! - Шутливо возмутился Максим. - Должны же мы думать о братьях наших меньших - тараканах? А то вся их еда - бумага, да канцелярский клей... Нужно расширить меню... Сейчас поставлю чай. - Он разжег маленькую спиртовку, на которой подогревал воду для чая. Я в это время достала из тумбочки блюдца, чашки, и баночку с сухими перетертыми листьями смородины, малины и душицы. Максим освободил половину стола, и я смогла расставить приборы для нехитрого чаепития.
- Пироги! Они у тебя всегда очень вкусные.
- Только пеку не я - тетя Полина. Она меня учила, учила... Но у меня все равно выходит что-то не съедобное! - Вздохнула я.
- Поверь, я съел бы абсолютно все, чтобы ты ни приготовила! - Заверил меня Максим.
- Ловлю на слове! В воскресенье у меня опять урок по кулинарии, так что в понедельник принесу свою стряпню! И только попробуй не изобразить блаженство от нежнейшего вкуса моих пирожных! Тетя Полина будет учить меня стряпать эклеры.
- Жду с нетерпением понедельника! - Улыбнулся мой Толстячок. - Да, у меня тоже кое-что с собой есть. Правда, не такая вкуснятина, как у тебя, но все же, я думаю, сойдет. - С этими словами, он достал из пакета, стоявшего на подоконнике - несколько бутербродов с ветчиной, сыром и ломтиками соленых огурцов, а также домашнее печенье с вареньем.
- И ты еще говоришь, что у тебя менее вкусно?! - Возмутилась я. - Да от одного вида твоих бутербродов у меня уже слюни начинают течь! А эти твои печенье просто объедение! Кто у тебя, кстати, печет такую вкуснятину? - Спросила я и, не утерпев, отправила одну штучку в рот.
- Вообще, мастер-кулинар у нас мама. Но это печенье я спек сам.
- Сам?!! Без всякой помощи? - Поразилась я, с наслаждением пережевывая нежное песочное печенье.
- Да. Иногда я люблю что-нибудь приготовить. Я рад, что тебе нравится.
- Очень! - Честно призналась я. - Надеюсь, твой рецепт - это не секрет за семью печатями? Я бы хотела, чтобы такое печенье хоть изредка появлялось и на нашем столе.
- Вовсе не секрет. Я потом напишу его рецепт.... А вот и чайник закипел!