Я следую за группой к вольеру хохлатых какаду, в котором живет горстка разноцветных птиц.
— Что ты думаешь о вчерашних воздушных шарах? — спрашивает Шарль.
Он приклеился ко мне с тех пор, как мы с Коа приехали вместе с остальными членами съемочной группы, и я не упустила хмурое выражение лица Коа, когда он наблюдал за нами, а потом отошел поговорить с группой других серферов. Я испытала не только облегчение от того, что он ушел, но и грусть.
Облегчение, потому что после той игры разума, в которую он пытался играть со мной прошлой ночью своим дурацким текстовым сообщением, не давая мне уснуть почти до трех часов ночи, я не хочу находиться рядом с ним, пока не разберусь со своими мыслями. Но мне грустно, потому что, как бы ни помогало мне расстояние мыслить более ясно, какая-то часть меня просто хочет быть рядом с ним. Именно по этой причине я не смогла покинуть команду после того, как мы расстались.
— Малия, — поет Шарль мое имя, — ты со мной?
Я смотрю на него, вспоминая, что он задал мне вопрос.
— О, прости, я просто немного устала. Воздушные шары были… интересными. Я впервые летала на них.
— Правда? Ну, когда ты однажды приедешь ко мне во Францию, может быть, мы снова полетим вдвоем.
Я принужденно улыбаюсь, а потом начинаю искать глазами Коа. Шарль милый, но он не мой тип. А есть ли у меня вообще тип?
Коа — мой тип.
Я прикусываю губу в наказание за то, что даже подумала об этом, за то, что позволила Коа снова проникнуть в мои мысли. Мой взгляд находит его в окружении остальных женщин-серферов, которые крутят пряди своих волос, кокетливо поглядывая на него.
Хмурюсь, раздраженная тем, что они даже думают, что у них есть шанс с ним.
У Коа более высокие стандарты.
Поднимаю взгляд на него, чтобы проверить, нравится ли ему это внимание, но никак не ожидаю увидеть его глаза, смотрящие на меня. По телу пробегают мурашки, когда я провожаю его взглядом, лицо заливает краской, а в груди разливается тепло. Почему ему все еще удается вызывать у меня такую физическую реакцию?
— Тебе холодно? У тебя, как вы говорите, куриная кожа?
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Шарля с растерянным выражением лица.
— Извини?
— Во Франции мы называем это chair de poule. Думаю, это переводится как куриная кожа. — Он хватает меня за руку и показывает на мои мурашки. — Она бугристая, как кожа ощипанной курицы.
Пристально смотрю на него, дважды моргаю и осторожно выдергиваю руку из его хватки.
— Я в порядке. Пойду поближе рассмотрю некоторых из этих животных, увидимся на винодельне за ужином.
Машу ему рукой, не обращая внимания на замешательство на его лице, и иду прочь от группы, в сторону лесистого вольера опоссумов.
Прищуриваюсь, заглядывая в загон, пытаясь найти хоть одного, но все, что я вижу, — это густая листва и большие дупла деревьев. Я вздыхаю, прислоняясь лбом к ограде, а в голове повторяются два слова.
Сладких снов.
— Знаешь ли ты, что опоссумы могут поворачивать задние лапы почти на сто восемьдесят градусов?
Я поднимаю взгляд, и мне кажется, что мир замирает, когда мои глаза встречаются с глазами Коа.
Он озорно улыбается мне, а потом снова смотрит в сторону вольера опоссумов.
— Так увлекательно, — шепчет он про себя.
Я нервно сглатываю и заставляю себя оглянуться на пустынную местность.
— Не знала, что ты так хорошо разбираешься в опоссумах, — бормочу я.
Он усмехается и показывает на информационную табличку передо мной, на которой написаны интересные факты об этом виде, включая то, как вращаются их задние лапы. Я закатываю глаза и бросаю на него взгляд, от которого его улыбка только усиливается.
Смотрю на его улыбку, ослепленная ею. Коа редко улыбается, а я и не подозревала, как сильно мне этого не хватает.
Ты сама роешь себе могилу, Малия.
Я отвожу взгляд, сосредоточившись на том, где должны быть опоссумы, мое внимание привлекает легкое движение в ветвях над головой.
Завороженно наблюдаю, как существо с густым серым мехом спускается по стволу дерева на задних лапах. Оно медленно и осторожно пробирается к кормушке и аккуратно подбирает своими маленькими лапками свежие фрукты.
— Ну, ты только посмотри на это, — мягко говорит Коа, следя глазами за движениями опоссума.
— Почему ты здесь, Коа?
Он снова смотрит на меня и пожимает плечами.
— По той же причине, что и ты; от меня это требуется.