Скайуокер мысленно радовался тому, что не взял с собой падавана. Если и случится что-то непредвиденное, Асока сможет позаботиться о Грогу.
Джедай мало кому доверял. Он держался отстранённо от новых знакомых и старался ни на кого не надеяться, везде выискивая подвох. Люк Скайуокер не мог позволить себе сплоховать, ошибиться, особенно сейчас, когда взял падавана.
А вот подозрений и сомнений насчёт внезапно возникшего из ниоткуда джедая у него оказалось очень много. Люк боялся дать слабину и вследствие этого получить нож в спину от приспешника тёмной стороны. Баланс у этого падавана был нарушен, он всегда колеблется между светлой и тёмной стороной, легко поддаётся эмоциям и поступает импульсивно.
— Люк, если не веришь мне, то мог вообще не лететь, — заявил Бриджер, вернув джедая из раздумий.
— Ещё чего, — возразил Скайуокер. — Я хочу лично убедиться в том, что ты не работаешь на Императора.
Эзра не мог переубедить собеседника в своей непричастности. К сожалению, все факты говорили об обратном. Бриджер нарушил баланс между светлой и тёмной сторонами. Сейчас он был слишком сильно подвержен тьме, что, бесспорно, в нём ощущал мастер. Это раздражало Эзру, но не столько самим явлением, сколько ограниченным мышлением, казалось бы, опытного джедая.
В это время Мандо выбил необходимые координаты и перестроил изначальный маршрут.
Выбор планеты для проведения ритуала делался исключительно по принципу чувствительности к силе. Конечно, оптимальным вариантом был Корвус, но осквернять или разрушать что-то на родине джедаев не хотелось ни Эзре, ни — тем более — Люку. После долгих препираний Бриджер остановил свой выбор на Малакоре. А сообщил об этом мастеру-джедаю уже на борту корабля. Люк возражал, ведь в этом месте был возведён храм ситхов и произошло одно из величайших столкновений приспешников светлой и тёмной стороны**.
— Ты не попрощался с ними? — уточнил Мандо, заметив джедая позади себя.
Бриджер спрятался от боли расставания на «Лезвии бритвы». Он не слишком хотел прощаться со своим друзьям, зная, что они его попытаются остановить.
Эзра не мог выбросить из головы экипаж «Призрака». Однажды он уже с ними попрощался. Однако был вынужден вернуться в реальный мир по велению привередливой судьбы.
Парень тихо сидел позади и не подавал признаков своего присутствия. Отчасти Бриджер хотел полностью раствориться, чтобы более не ощущать ничего: ни болезненных мыслей о разлуке, ни требования защитить Галактику и покинуть время, чужое для него.
Мандо быстро достиг нужной системы, пассажиры даже не успели заскучать.
Малакор встретил их тьмой и пугающим холодом. Сложно было представить, что на этой планете вообще кто-то может обитать. Только мелкая россыпь звёзд создавала вокруг мрачного мира ореол умиротворения.
Эзра старался не говорить со Скайуокером, но чувствовал его тяжёлый осуждающий взгляд.
Мандалорец завёл корабль на посадку. Найти место для приземления оказалось не так-то просто. Во многих местах земля провалилась, и теперь большую часть поверхности планеты составляла неровная, рыхлая почва. Как только канонерка приземлилась, Мандо открыл шлюз.
Бриджер спустился вниз. Он слишком сильно погрузился в свои мысли, так что не заметил второго человека на нижней палубе. Эзра хотел поскорее со всем закончить, потому быстро подскочил к каменной плите и активировал гравипластину, на которую уложили тяжёлую фреску. Затем он потянул её наружу, где на поверхности планеты не было ничего кроме мёртвой, безжизненной пустоши.
Пусть внешне фреска отличалась от хорошо известной на картинках в электронных источниках, но хотя бы расположение рук оставалось прежним. Для Бриджера и Врен это оставалось самым важным элементом. Они узнали о ключе активации и закрытии портала и могли пользоваться им, когда захотят. Сабина не позабыла об этом с течением времени и по этой причине не боялась экспериментировать с цветами, привнося во внешний образ картины новые элементы и детали.
Помимо Эзры никто из присутствующих не знал, как активировать фреску, и это он считал своим преимуществом.
Мандо задержался на корабле. Он подготавливал необходимую для большого фейерверка взрывчатку. Собственно, эти запалы мандалорец также одолжил у Врен, что сама предложила поделиться своими запасами. Как оказалось, девушка любит взрывать различные строения и объекты.
Бриджер спустился вниз. Прошло более десяти лет, но эта пустынная планета так и оставалась незаселённой. Эзра даже заметил следы своего прошлого пребывания — сильный взрыв, что последовал за внеплановой активацией боевой станции. Никто не пытался восстановить храм ситхов, и он всё это время оставался погребённым под толстым слоем земли.
Эзра притормозил, ощутив необходимую энергию, на том месте, где некогда находился вход в обширный двор тёмного храма.
За парнем по пятам следовал сам джедай. Люк бросал опасливые взгляды на малознакомого ситха и всё подгадывал момент, когда незнакомец раскроет свою тёмную личину.
Бриджер остановил гравипластину. Он подвёл её максимально близко к земле и поставил фреску, подняв тем самым в воздух небольшие клубы пыли.
Парень снял с картины старое полотно. В этом пустынном тёмном месте яркие краски казались чуждыми. Только сейчас парень подумал, что Сабина поступила правильно, добавив в этот устоявшийся, старинный образ новые цвета. Она просто сделала рисунок более живым, но не изменила его стиль.
Эзра легко прикоснулся к холодному камню и ощутил струящуюся через него силу. Место действительно пропитывала тёмная материя, но свет, исходящий от одного блока лотальского храма, сдерживал её. Будто защитное поле, оно охватило руины храма ситхов, заполнило слабым, едва различимым светом пространство вокруг.
Эзра сфокусировался. Он вспомнил что делал в первый раз и переложил ладонь на изображение руки дочери. Парень успокоился, он позволил силе камня снова пройти через него. Эзра медленно, не открывая глаз, повернул левую руку сильно вправо, выгнув её в запястье в неестественном положении. Сделать это с его стороны, стоя лицом к нарисованным образам, было непросто. Сила, хранящаяся в камне, вошла в контакт, и свежие краски на изображении засветились. Как и в тот раз, ожили схематически нарисованные лот-волки, однако не отошли в тень. Они лишь посторонились, образовав на руинах тёмного храма круг.
Эзра всё это видел не в первый раз, но происходящее его заворожило. Парень прошёл к предполагаемому порталу и провёл рукой по области за бегущими лот-волками — ничего. Но, стоило ему запустить руку в очерченный бегущими наскальными рисунками круг, как её сразу охватили сильные электрические разряды, буквально затягивая в другой мир.
Эзра отвлёкся и выпустил из вида джедая. Он вспомнил об Скайуокере, когда услышал позади жужжание кайбер-кристалла.
— Я думал, джедаи не нападают на безоружных, — хмыкнул Бриджер и посмотрел на противника.
Люк медленно подошёл к ситху, всё так же удерживая лезвие лазерного меча у горла врага. Он появился в поле его зрения и остановился, не сводя взгляда с малознакомого человека.
— Ты и без оружия опасен, ситх, — холодно отчеканил Скайуокер. Люк наставил на противника оружие, но он пока не пытался его убить. Если бы хотел, то не стал мешкать и выполнил бы задуманное в первые секунды после того, как обнажил клинок.
— Люк, ты, верно, стукнулся головой, — с опаской произнёс Эзра. Бриджер действовал осторожно, в особенности по отношению к лезвию светового меча у своего горла. Одно неверное движение, и всё закончится так и не начавшись. — Я просто зайду в портал и избавлю вас от угрозы.
Парень поднял над головой руки, демонстрируя, что не враг. Портал — то беспрестанно сверкающее энергетическое поле — нехотя отпустило руку, продолжая искриться.
— А мне кажется, куда разумнее будет бросить тебя в этот портал мёртвым, а после запечатать его.
— Ты не сможешь закрыть этот портал, — напомнил Эзра.
Бриджер знал о своем преимуществе и понимал, что только это не даёт Скайуокеру расправиться с ним. Никто не планировал запечатывать портал, так как этот проход в иной мир прекратит функционировать.