— Не отвлекайся, — приказал мастер. — Откройся силе и отпусти все прошлые тревоги.
Талид был невозмутим. Он сидел в позе лотоса, сложив тонкие ноги и задрав кверху тёмные шерстяные ботинки. Ла-Ми приподнял голову и сидел с закрытыми глазами.
Тайтон — планета, переполненная силой. Храм Став Кеш — не единственное место, где обучают будущих дже’дайи. Как оказалось, есть и другие хранилища памяти силы со своими наставниками и воспитанниками.
Основное направление этого храма, расположенного высоко в горах, это развитие боевых искусств, что, собственно, занимало у учеников основную часть времени. Много внимания уделяли базовым позициям и положениям. Также каждый из мастеров-дже’дайи практиковал свой стиль боя, так что ни один из них не был похож на другой.
Для себя Эзра отметил, что многое из того, что ему рассказал, показал и чему ранее научил Кэнан, входит в эту установленную программу. Стандартный перечень позиций и упражнений, которые тренируют все воспитанники храма. Мастера требуют не просто точного и правильного выполнения движений, а большого количества их повторений, пока они не займут место самых обычных рефлексов. Как Эзра ранее узнал, мастера дже’дайи, их падаваны и юнлинги не так давно научились использовать силовые мечи. Если быть точнее, последние сотни лет они активно постигают технику фехтования на световых мечах. Многие мастера-дже’дайи стремились создать свой непобедимый стиль. Не только вытренировать его до автоматизма, но и передать эти знания своим падаванам. Среди учителей это было своего рода негласное соревнование. Техники разнились от предпочтений самого практикующего. Разные позиции, с которых начинается техника, разнообразные её внутренние составляющие, определённые выпады и взмахи. Пусть и говорится, что бои на силовых мечах только вводятся в практику и программу в целом, в храме уже имеется много искусных фехтовальщиков.
А вот уже тренировка непосредственно с учителем отличалась от общеобразовательного курса. Мастер-дже’дайи имел полное право строить обучение своего падавана так, как считает нужным. Учитель мог поставить тренировку концентрации, внимания, того самого повторения боевой техники или просто медитации. В зависимости от уровня ученика и его слабых сторон.
После тренировок во внутреннем дворе с основной группой учащихся всегда идёт продолжительная медитация. И мастер-дже’дайи Ла-Ми отдавал этому аспекту обучения особое внимание.
Завывание ветра высоко вверху, среди серых туч и далёких заснеженных горных вершин. Если сильно сконцентрироваться, можно было услышать даже треск острых снежинок, которые сильные потоки ветра поднимали вверх. Скрежет тонкой кромки льда на обледеневших стволах деревьев и сухих листьев. Эти и множество других звуков не позволяли полностью сосредоточиться на поставленной задаче.
Эзра часто отвлекался. Однако его не столько напрягали раздражители, сколько пугали собственные потайные мысли. Бриджер осознавал значимость медитации, но сейчас ему было чертовски сложно в неё погрузиться. Казалось, всё способствует глубокой связи с высшей силой: планета, природа, наставления мастера. Однако, стоило Эзре войти в контакт с силой, он видел перед собой Хэльдин. Зелтронка смотрела на него презрительным взглядом, всегда строго и стоя практически неподвижно. За этим следовал круг, состоящий из двух линий. В отличие от прошлых видений, на этот раз ранее сплошные линии в одном круге разрывались где-то на середине. Ближе к внешнему кольцу, по более узкой полосе, виднелись тонкие черты волков. Они бежали по этому кругу и будто гипнотизировали. С каждой секундой — быстрее и быстрее. Со временем в глазах начинало рябить, а картинка расплывалась, теряя чёткие очертания.
При виде всех этих кадров у Эзры сразу появлялось желание прекратить медитацию. Он резко открывал глаза, возвращаясь в реальность. Уже тогда парень чувствовал, как его шатает, и удержать равновесие, даже сидя на коленях, очень сложно.
— Что тебя беспокоит? — осведомился мастер.
Последние несколько дней именно этим заканчивается совместная медитация с мастером. Поначалу талид считал, что новому падавану требуется время для адаптации в новом мире и времени. Однако вместе с невозможностью концентрироваться в душе нового ученика нарастала тревога и нарушался поток силы. Ла-Ми знал, что за этим последует ссылка на Боган, от чего он искренне хотел уберечь падавана.
— Если не сосредоточиться, тебя постигнет та же участь, что и девушку, которая с вами прибыла, — напомнил Ла-Ми.
— Что с ней случилось? — нахмурился Эзра.
Бриджер хотел спросить о ней, но на его вопросы всегда находились размытые ответы, едва касающиеся интересующей его темы.
— Этот юнлинг поддался тёмной стороне и не смог вернуться обратно…
— Тёмной? — уточнил Бриджер. — Я думал…
— Верно, мы практикуем использованием обеих сторон, — напомнил талид, — но при условии потом вернуться к равновесию между хаосом и гармонией*.
Эзра затих. Невольно парень понимал, в насколько плачевном находится состоянии. Он близок к падению — и всё из-за своей слабости. Его собственный дисбаланс делает сознание уязвимым.
— Эзра Бриджер, — строго обратился к нему мастер, — зачем ты пришёл в этот храм?
— Я хотел спрятаться, и лот-волк привёл меня в это место. Он помог мне пережить ночь. — Эзра посмотрел на учителя.
Парень сам не до конца понимал причины своего поступка. Изначально он планировал просто спрятаться в Междумирье от всего внешнего мира и на этом закончить своё странствие.
— Считаешь, что тебя волк привёл? — уточнил талид.
— Да. — Эзра ответил без промедления. А встретившись с непроницаемым, строгим и немного угрожающим взглядом наставника, задумался. — Не так. Дьюм следовал моему желанию.
— И какое оно? — настойчиво спросил мастер-дже’дайи.
Ла-Ми встал на тёплые меховые ботинки. Он оставил ученика немного подумать, а сам подошёл к небольшому пруду. Вокруг горы распростёрлись снега, но вода в этом неглубоком водоёме никогда не застывала, а жизнь в нём протекала непрерывно.
Бриджер резко мотнул головой. Всё происходящее сейчас он когда-то переживал.
— Я хочу защитить себя и друзей. — Эзра повторил свой ответ, данный когда-то мастеру Йоде при первом визите в храм джедаев на Лотале. За всё прошедшее время его ценности не поменялись. В приоритете, как и раньше, стояла безопасность близких. Он вырос, изменилось время, и опасности приобрели более устрашающие маски, но в основе всего, как и прежде, лежал простой ответ.
— И для этого стоит стать джа’дайи? — уточнил Ла-Ми, не оборачиваясь к своему ученику.
Эзра искоса глянул на мастера. Парень не мог понять, эта ли черта отличает мудрого наставника от едва обученного падавана? В талиде Бриджер видел Йоду и других опытных джедаев, с которыми успел повстречаться за свою недолгую жизнь.
— Нет, — отказал парень, резко мотнув головой, — это только… способ. Я должен научиться различать свет и тьму.
Ла-Ми заинтересованно посмотрел на ученика. Талид взялся учить одного из новоприбывших, несмотря на горький опыт в своей наставнической карьере. Многие изображения падаванов, что находились под его опекой, не смогли удержаться на границе света и тьмы. Бриджер, по ощущениям талида, также занимает шаткое положение в этом равновесии хаоса и гармонии.
— Мой учитель говорил, что джедаи используют только свет, но другой… забрак научил использовать тёмную сторону, — продолжил свой рассказал Эзра, вернув учителя из раздумий.
— И какой ты желаешь избрать путь? — Талид повернулся к ученику лицом, сложил руки за спиной и терпеливо стал ожидать ответ.
Может ранее Ла-Ми не хватило опыта удержать воспитанников в гармонии с самими собой и природой силы, однако теперь он стал более опытным. Талид смог многих научить премудростям силы и столько же учеников потерял. Вместе с этим старик для себя открывал новое и расширял своё видение мира.
— Мне надо выбирать? — уточнил Эзра.
Мастер-дже’дайи довольно хмыкнул. Талид вернулся к ученику, оставляя на тонком слое снега неглубокие следы. Он сел напротив воспитанника, ожидая его дальнейших действий.