Снаружи по-прежнему буйствовала непогода. Пусть Эзра сильно укутался в тёплые одежды, настырный ветер вынуждал невольно поёжиться от холода.
Ла-Ми будто вообще не ощущал проявлений непогоды. Своего рода защитным слоем ему служила белая шерсть. Старик не ощущал холода как такового, но ветер всё равно мешал его обзору, из стороны в сторону перемешая длинные клубы шерсти.
— Есть достоверные сведения о том, что они хотят использовать гиперврата, — пояснил мастер, стараясь перекричать сильный ветер.
Слова слышались нечётко и глухо, но тем не менее Эзра сумел их понять. Парень не мог припомнить подобного термина и о такой организации слышал впервые.
Бриджер отдалился от наставника, погрязнув в глубоком сугробе. Учитель был легче и шёл быстрее. Талид привык к суровым погодным условиям. Он очень много времени провёл в этом месте и знал много способов выжить или облегчить путь в беспощадной, для обычного человека, среде.
— Мы считали, что это утерянная технология, но если ею сейчас воспользоваться, то Тайтона постигнет страшная участь, — продолжил рассказывать наставник.
— Почему? — громко спросил Бриджер.
Непогода и не думала стихать, она будто нарочно пыталась замедлить путников. Ветер поднимал с сугробов искрящиеся снежинки и вздымал их вверх, создавая уже в воздухе еле различимые вихри. Снег кружился подобно смерчу, но, не выдерживая натиска, чуть поодаль от земли разлетался в стороны и снова падал вниз.
— Для активации гиперврат необходимо много тёмной материи, — пояснил старик, — именно поэтому тебе нужно находиться подальше от них…
— Вы считаете, что я не справлюсь? — уточнил парень и подбежал ближе к наставнику.
Эзра не хотел верить в то, что мастер-дже’дайи считает его слабым. Если Ла-Ми способен выстоять против звездочётов и машины, что они строят, то чем он хуже?
Ноги глубоко провалились под снег, и Эзра стал даже ниже своего наставника. Пусть путь и был изначально протоптан, определённые тропы, ведущие к выходу из гор, сильно замели недавние снегопады. Теперь в когда-то искусственно созданных дорогах их стало практически невозможно отличить от сугробов.
Ла-Ми шёл, не останавливаясь. Разумеется, он испытывал трудности и сильное неудобство от погодных условий. Временами и старик уходил под снег, но не настолько глубоко, как падаван.
В последнее время мастер-дже’дайи выглядел крайне обеспокоенным. Его что-то очень сильно тревожило. Эзра мог предположить, что это как раз и есть тот самый вопрос со «звёздочетами», раз ситуация настолько серьёзная, что мастера дже’дайи из нескольких храмов приняли решение собраться за пределами подвласных им земель.
Ла-Ми резко затормозил и осмотрелся, будто оценивая местность, в которой он с падаваном оказался. В этой белой пустоши талид ещё что-то смог рассмотреть. Недолго осматривая округу, талид взглянул на падавана и медленно опустил взгляд на его руку, где Элис некогда сделала тату.
— Она уже зажила? — спросил талид.
— Да, не так давно отслоилась кожа, но больше нет боли, — неуверенно произнёс парень.
Бриджер плохо себе представлял процесс заживления. Из слов Элис он понял, что это только царапина и заживать будет так же. Конечно, мириаланка позаботились о стерильности и обеспечила Эзру мазью для скорейшего заживления.
— Это хорошо, — констатировал старик.
Ла-Ми снова посмотрел на белое, малоразличимое пространство. Теперь Эзра понял, что в тех заснеженных горах он что-то высматривал.
Бриджер не знал дороги, так что полностью полагался на наставника, — тот ориентировался на местности. Чтобы не заблудиться, он с особым трепетом относится к своему ответственному занятию. Суровые погодных условия кардинально изменили здешнюю обстановку. Теперь и мастеру-дже’дайи приходилось лишний раз оглядеться на местности, прежде чем выбирать дальнейший путь.
Ла-Ми поднял руку и указал в сторону заснеженных вершин. Эзра всё понял без слов и посмотрел на наставника. Старик свернул с едва различимой тропы и направился по действительно высоким, непроходимым сугробам. Ла-Ми шёл впереди и теперь сильно проваливался под огромный слой снега. Эзра старался от него не отставать. Наступая на его же следы, парень ещё глубже утопал в сугробе. Теперь его не спасали одежды, так как и под них набилась ледяная вода, а под воздействием жара тела снег таял и пропитывал толстую ткань, делая её ещё тяжелее. Кроме того, снег лип к ногам и с каждым шагом идти становилось всё труднее и труднее.
Когда они подошли к белой стене, Ла-Ми присмотрелся. После минутного бездействия старик стал соскребать белый снег. Он был слишком мокрым — настолько, что отваливался целыми кусками, ложась на ковёр под ногами и наполовину в нём утопая.
Эзра присоединился, но острой необходимости в этом не было. Талид убрал снег с прохода в скале, открыв обзору небольшую щель. Сильный ветер плотно залепил её снегом, сделав почти незаметной снаружи. В неё мог протиснуться только талид со своим относительно невысоким ростом и Эзра, что наловчился за свою недолгую жизнь лазать в узкие проёмы. А вот деваронец, проводивший вступительный экскурс по прибытии Эзры в храм Став Кеш, нет. Одни его рога уже застряли бы в расщелине.
Талид протиснулся в щель. Несмотря на маленький проём, старик сделал это без особого труда. Иной раз Бриджер поражался выносливости и гибкости наставника. Парень понимал, насколько много прожил талид и просто не мог поверить в то, что происходит перед его глазами. Ла-Ми вёл себя не хуже молодых и проявлял даже чрезмерную активность для существа своих лет.
Эзра последовал за ним. Он пролез в проём, немного его расширив своим телом и тем самым собрав на одежду мокрого снега. Теперь парень напоминал снежное чучело, так как куда ни глянь — везде его покрывали слипшиеся ледяные хлопья и комочки. Уже находясь внутри, Бриджер понял, что наставник отскрёб малую часть от прохода. Оставшаяся, большая часть, продолжала плотно закрывать проём и не пускала в пещеру настырный ветер.
В самом проёме в скале было относительно прохладно и темно. Не насколько холодно как снаружи, что сразу показалось Эзре странным. Примерно такая же температура сохранялись в пещере, куда его завёл лот-волк. Бриджер посчитал это необычным, так как они всё-таки находятся в горах.
Парень увидел в темноте очертания учителя. Ла-Ми стоял посреди пещеры и прислушивался к ней.
— Эзра, — позвал ученика талид, — мы должны сделать это вместе.
Бриджер хотел отряхнуть одежду, но оставил это дело, как только его окликнул наставник. Парень подошёл к учителю и взглянул на него. Ла-Ми выглядел на лучше него: снег растаял и намочил белую шерсть, сделав её серой.
— Что от меня требуется? — спросил Эзра.
— Ты хотел учиться? — уточнил наставник, не открывая глаз. Талид прислушивался к тишине пещеры, он буквально вошёл в контакт с природой этой планеты. — Ощути силу и позволь ей пройти сквозь тебя.
Бриджер поравнялся с наставником. Он тоже прислушался к тишине пещеры, но от неё его отвлекали другие шумы. Снаружи завывал ветер, звонко насвистывал, залетая в небольшую щель, и снова залеплял её мокрым снегом. В пещере мерно капала вода, расшибаясь о холодный камень.
Эзра, стоя с закрытыми глазами, ощутил в пещере жизнь. Нечто маленькое, оно постоянно копошилось. Сквозь закрытые веки Бриджер ощутил тело и свет и повернул голову немного в сторону. Парень открыл глаза и обомлел. В пещере, помимо них, было много насекомых. Они хлопали тонкими крылышками, копошились, ползая по холодным стенам мелкими ножками.
— Что это? — удивился Эзра, отшатнувшись назад.
Эти создания были везде. Они ползали по холодному камню, согревая его теплом своих светящихся полупрозрачных брюшек.
Пещеру в буквальном смысле заполнило тепло, и благодаря свечению жуков стало возможным рассмотреть все выемки на неровных стенах.
— Подземные жуки***. Они живут в глубине планеты и в этих горах, — пояснил наставник. — Их можно встретить и в других регионах Тайтона.
— Но как? — всё ещё недоумевая по поводу происходящего уточнил Эзра. Парень не пог поверить в то, что в таких суровых условиях может существовать жизнь.