— Вы считаете, я хочу усилить личное влияние в республиках?
— Да.
Слово упало тяжело. Маленков быстро сказал:
— Владимир Юрьевич, не будем персонализировать…
— Уже персонализировано, — сказал Колесов. — Запросы идут из аппарата Лаврентия Павловича. Материалы концентрируются в МВД. Назначения предлагаются через ведомственные каналы. Это не просто национальная политика. Это сеть.
Берия молчал. Чем дольше он молчал, тем внимательнее становились остальные. Наконец он произнёс:
— Интересно. Министр иностранных дел обвиняет министра внутренних дел в создании сети внутри собственного государства.
— Я описываю риск.
— Риск или страх?
— В политике страх иногда является точным измерительным прибором.
Молотов сухо сказал:
— Национальные вопросы должны решаться ЦК.
Каганович поддержал, хотя явно не из любви к Колесову:
— Тут ЦК должен смотреть. Иначе в республиках начнётся самодеятельность.
Берия понял, что сейчас продавить не получится.
— Разумеется, через ЦК, — сказал он. — Я лишь предлагаю материалы.
Колесов подумал: материалы — его любимое оружие. Берия редко просил власть прямо. Он приносил папку и ждал, пока люди сами попросят у него вывод.
Четвёртый ход Берия сделал на внешнем направлении. Он заговорил о Германии. Для министра внутренних дел это было странно. Для Берии — логично.
Германия была раной Европы и рычагом Москвы. Предложение о единой нейтральной Германии могло стать сенсацией, ударом по западному блоку, демонстрацией миролюбия нового советского руководства. Если инициатива удастся, Берия окажется человеком, который после Сталина открыл дверь в большую политику. Если не удастся — он всё равно будет выглядеть смелее остальных.
Проект пришёл в МИД с пометкой:
Из аппарата МВД. Для оценки возможных международных последствий.
Колесов прочитал документ дважды. Он не был глупым. Именно это делало его опасным. В нём говорилось о возможности нейтрализации Германии, выводе оккупационных войск, гарантиях великих держав, отказе от участия объединённой Германии в военных блоках. Многие формулировки были взяты из прежних дипломатических разработок МИДа. Значит, кто-то из аппарата передавал материалы по запросу МВД.
Колесов вызвал заместителя министра.
— Кто дал им наши оценки?
Тот замялся.
— Запрос был оформлен как правительственный.
— Кем подписан?
— Аппаратом МВД.
— Это не правительство.
— В нынешних условиях…
— В нынешних условиях особенно.
Колесов взял красный карандаш и написал на первой странице:
МИД считает недопустимым внесение внешнеполитических инициатив органами внутренних дел вне решения Совета Министров и ЦК.
Потом добавил ниже:
Содержание германского вопроса требует отдельного рассмотрения. Порядок внесения данного проекта свидетельствует о попытке расширить компетенцию МВД за пределы установленных полномочий.
Заместитель осторожно сказал:
— Последняя фраза вызовет недовольство.
— Она для этого и написана.
Недовольство пришло через два часа. Берия позвонил лично.
— Владимир Юрьевич, вы сурово оценили наш германский проект.
— Не проект. Порядок его появления.
— Разве важно, откуда приходит разумная мысль?
— В государстве важно, кто имеет право её вносить.
— Формализм.
— Разделение ответственности.
— Вы боитесь, что МВД займётся дипломатией?
— Я опасаюсь, что МВД займётся всем.
Пауза была короткой.
— Вы последовательны, — сказал Берия.
— Стараюсь.
— Последовательность хороша, пока не становится упрямством.
— Гибкость полезна, пока не становится захватом.
Берия тихо рассмеялся.
— Вы любите отвечать.
— По должности положено.
— До встречи, Владимир Юрьевич.
— До встречи.
Колесов положил трубку и несколько секунд не убирал руку с аппарата. После этого разговора стало ясно: Берия больше не считает его наблюдателем.
Следующий сигнал пришёл от армии. Формально — случайно.
Колесову позвонил генерал-майор Першин, знакомый ещё по военным поставкам. Разговор начался с обычного: встреча с иностранным военным атташе, согласование протокола, список участников. Потом генерал понизил голос.
— Владимир Юрьевич, не по телефону бы, но времени нет.
— Говорите.
— По внутренним войскам идут странные распоряжения.
— Какие?
— Проверка готовности частей Московского округа. Уточнение маршрутов к правительственным объектам. Дополнительные списки личного состава.