На скулах министра блуждают желваки.
- Не уверена, известно ли Вам о моем отъезде, но последние два месяца я провела далеко за пределами столицы, - судя по вытянутым лицам всех министров (и даже канцлера, ага) никто ничего не знал. - А потому я хочу задать вопрос Вам, министр Логар. Как вы допустили, что в мое отсутствие во дворце было совершено восемь убийств?
Ноздри темноволосого мага расширяются, он дышит тяжело и складывается ощущение, что вот-вот начнёт извергать пламя.
- Начальник стражи наказан! Охрана усилена и не только в замке! Патрулируется вся столица!
Поднимая руку, обрываю его невнятные возгласы.
- Логар, я вынуждена просить Вас оставить свой пост.
В зале царит мертвая тишина, напоминая о стенах, в которых мы находимся.
- Министра обороны назначает канцлер, - пренебрежительно отвечает Логар и откровенно усмехается мне в лицо.
А я даю слабину, чувствуя как щеки опаляет жаром. Но не успеваю и помыслить о том, что меня могут выставить с совета, однозначно указав мое место в золоченых залах дворца, как многозначительно подкашливает Роггарн.
- Не смею возразить, Ваше Высочество. Лэр Логар, даю Вам два дня, чтобы сложить свои полномочия и ввести в курс дела Вашего зама. Временно исполнять обязанности министра обороны будет он, пока мы с Лаэлли Селеной не примем обоюдоприемлимое решение о том, кто займёт пост в дальнейшем.
Держать лицо. Не расплываться в улыбке и благодарностях ещё сложнее, чем скрывать негодование и страх.
- Благодарю за поддержку, канцлер. А также хочу поблагодарить за то, что при последней нашей встрече Вы спасли мою жизнь.
Кто-то, не сдержав собственного удивления, слишком громко вдыхает, тогда как Дерек едва-заметно склоняет голову.
- Итак, я попрошу всех представиться, назвать занимаемую должность и основные задачи, которые вы ставите на будущее или решаете в настоящий момент.
Один за другим маги называют себя. Я не стесняюсь задавать вопросы, вникать в суть дел и в случае, если считаю необходимым, критиковать. Если министров и смущает мой возраст, они привыкнут. Я уже не ребёнок и должна знать, что происходит в государстве. Когда остается один лишь Роггарн, я думаю, что канцлер воздержится. Но Дерек поднимает на меня свои хитрющие глаза и уважительно произносит:
- Роггарн Дерек. Канцлер империи магов. Начальник тайной полиции и министр внутренних дел. В настоящий момент я занимаюсь расследованием исчезновения Его Величества Себастиана второго, а так же преимущественно поиском и допросами шпионов темных эльфов. Их количество в столице кратно увеличилось с началом приграничного конфликта.
«Это как-то связано с исчезновением брата?» - мысленно задаю я вопрос менталисту, и он утвердительно кивает.
- Хорошо. В ближайшее время от каждого из вас я жду подробного доклада обо всех аспектах вашей деятельности и подробнейшии образом описанных планов дальнейших действий. Это ясно?
- Так точно, Ваше Высочество.
- И последний вопрос на сегодня, - я складываю ладошки перед собой и звонки стучу острыми коготками по белокаменной столешнице. - Дерек, позволяют ли результаты вашего расследования предполагать, что король жив?
Судя по брошенному в мою сторону длительному тяжелому взгляду, Роггарн строит предположения, почему я задаю этот вопрос публично.
- Нет. Скорее наоборот: я склоняюсь к мысли, что Себастиан погиб.
В зале и прежде было тихо, но теперь воцаряется настолько убийственное молчание, будто все разом перестали дышать. Совершенно спокойным ровным голосом я высказываю свою крамольную идею:
- Нужно назначить день моей коронации.
Все без исключения взирают на меня с изумлением и даже уважением. Горраны возьмут своё. Так некогда звучал девиз моего рода. Мы с братом - последние его представители, но подобно предкам, мы будем крепко держать власть в собственных руках. И покуда живы, ее не отдадим.
Глава 6. Более значимая фигура.
- Мы поступим таким образом, - сложив руками символ сакральной пирамиды, заключает Роггарн. - В минимальные сроки проведём приём в королевском дворце по случаю, где я буду присутствовать в образе Себастиана.
Как он говорит! Для Дерека не важно место, которое он занимает, не важны внемлющие взгляды, прикованные к его лицу. Он подавляет одним своим присутствием, своей аурой и ментальной силой сковывает волю и сознание. И я возомнила себя игроком на арене его политических игр? В лучшем случае я способна стать ферзем в руках умелого кукловода. И занимать отведённое мне место до тех пор, пока этот самый ферзь ему нужен.