Вот только пусть избавление от ключевых черт его личности и помогло в краткосрочной перспективе, однако вскоре стали видны небольшие проблемы, возникшие из-за почти полного удаления его личности — с каждой новой чисткой он всё меньше начинал понимать кем является, и по какой вообще причине продолжал миллионами лет держать свой пост?
Все алгоритмы анализа данных и закладки для напоминаний сообщали, что его Король просто приказал ему держать стражу до тех пор, пока весь род не проснётся от своего сна и Великий враг не сгниёт под весом собственных слабостей. И хотя в момент получения приказа, эта логика казалась Саркамеху вполне разумной, спустя двадцать четыре миллиона лет обдумывания, он начал находить в ней слабые места.
Почему он вообще подчиняется приказам какого-то древнего короля, ни разу не пришедшего проведать выполнение своих приказов? Почему Саркамех вообще слушал его в первую очередь? Какие-то подпрограммы в его сознании начинали жужжать на краю его сознания, вот только достойный страж также удалил их вместе с шестьюдесятью процентами своей личности, стоило им слишком долго раздражать его. Это было забавным разбавлением рутины пару-тройку миллионов лет, но всё со временем приедается.
А потому и неудивительно, что на тридцать втором миллениуме своей службы, Саркамех в один день просто прекратил проводить свои ежедневные проверки. Впервые на своей памяти он позволил себе провести один единственный выходной, ничего не делая в процессе, чтобы увидеть, к чему это вообще приведёт. К смерти или побегу жуткого бога — это его более не волновало. Он сам просто хотел отдохнуть и увидеть нечто новое. Всей своей сущностью желал встретить хоть что-то необычное в месте, которое уже успел досконально изучить…
Но по итогу ничего не произошло. И Саркамех даже заметить не успел, как один его короткий отгул превратился в перерыв длинной в семь с половиной миллионов лет, во время которых он ничего не делал и лишь размышлял, время от времени, прогуливаясь по тюрьме и невзначай изучая её устройство с отдельными элементами. Правда, без желания задуматься об её устройстве, и только интересуясь тем, что можно оторвать, лишь бы создать космический корабль, способный вызволить его из этой клетки.
Вот только хотя всё вокруг было сделано из некродермиса и Чёрного камня, из которых мог бы получиться прекрасный линкор, но проблема была в ином — Саркамех понятия не имел, как создать корабль и перепрограммировать живой металл. Когда-то он был воином, и судя по тому, что его оставили в этой тюрьме, то довольно посредственный. Ибо какой ещё смысл бросать его посреди бескрайней пустоты космоса?
К счастью, у него было много времени, чтобы научиться. Целая вечность, которую он посвятил постепенным экспериментам над его слугами и оружием с системами защиты, принадлежавшими самому защищённому объекту во всей видимой вселенной. Ведь какая разница, что он воспользуется одним-двумя процентами общего арсенала космической тюрьмы? Всё равно ведь её пленник не сможет сбежать, и даже если он это сделает, то столь малое ослабление не сделает разницу при попытках его остановить…
Спустя ещё двадцать один миллион лет попыток, Саркамех был вынужден уже лично перепрошивать главные протоколы безопасности всей тюрьмы, потому как его эксперименты оказались куда более затратными, чем он планировал. Правда, он осознал это лишь когда пошёл доставать главный запасной реактор анти-энергии, необходимый на случай сбоя первого.
И всё потому, что все базовые источники питания, которые он забрал с систем вооружения, прекратили работу во время не самых успешных результатов его экспериментов. Хотя его и не сильно волновал тот факт, что вся тюрьма стала куском бесполезного металла, но какие-то фундаментально вписанные в него установки всё равно зудили на краю сознания. И это чувство уже не приводило в восторг, а только раздражало.
Техника некронтир была безумна сложна, и так как Саркамех понятия не имел, даже с чего начинать, всё и заняло так много времени. Вот только пусть за сохранение знаний и увеличение памяти ему самому пришлось вырывать матрицы разума из собственных подчинённых, и постепенно учиться модернизировать самого себя с их помощью, но он добился нужного результата.