Я едва сдерживал в себе желание одним приказом окончить этот цирк, однако разрушать вековую конспирацию моего сына было бы полнейшей глупостью. А потому приходилось играть в этом театре абсурда, где куда бы я не бросил взгляд, то встретил бы только прижавшийся к земле и молившихся на меня людей. По крайней мере надеюсь, что он скоро кончится…
. . .
— Рассказывай. В подробностях. Потому как меня чрезвычайно сильно интересует всё то, что здесь произошло. Абсолютно всё, — гневно ответил я, сжимая кулаки и едва сдерживая себя от непоправимого.
— Это будет долгий рассказ, — устало ответил мой сын, снимая шлем и тяжело вздыхая. Храм, куда он меня привёл, был большим местом лишь по меркам местных и обычных людей, в то время как мне пришлось пригибаться, только чтобы войти внутрь. Не строили местные четырёхметровые входы, видимо, позабыв про одну из норм при постройке крупных зданий в Империуме. Непорядок, но ещё ничего по сравнению со всем остальным.
Сам факт, что здесь стоял храм Омниссии и Машинному богу мог сбить меня с толку, вот только не это было главным фактором, из-за которого я чуть собственными руками не разрушил всё вокруг. Нет, причиной моей ярости была стальная статуя в полный рост, изображавшая меня самого, стоявшего рядом с самим Императором. Несколько пониже, но всё равно было безумно видеть себя в качестве идола, подобных которому уничтожал собственными руками.
— Эти века, мягко говоря, были нелёгким временем, — аккуратно начал мой сын, параллельно проверяя закрытые двери и проходя возле горящих свечей и фресок, явно изображавших события Великого Крестового похода. Его лицо было покрыто новыми шрамами, а часть горла заменял грубо вставленный имплант, но в остальном он был в порядке. По крайней мере, физически, потому как его ментальное состояние ещё долго будет находится под моим сомнением. — Множество планет и целых секторов оказались полностью потеряны после открытия Разлома, однако наличие целых пяти сынов Императора означало, что у нас был шанс справится с любой трудностью. Мы оказались отрезаны от остальной галактики, Астрономикон погас, и даже свет слов Императора оказалось бесконечно отдаленно от нас. А потому в столь тёмный час нужды мы обратились к тому, что всегда поддерживает человека в трудный час…
— К вере, — ледяным голосом ответил я.
— И к ней тоже, — кивнув, ответил Дагран. — Религиозные книги Лоргара стали тем самым пламенем и новым источником света, что сплотил человечество, когда наступила новая эпоха мрака, и казалось, что более нет никакой надежды. И хотя его учение явно противоречит всему, за что мы бились во время Великого Похода, однако сам факт, что он смог в одной книге скрепить учения Механикума и более привычных верований, изменил всё. У людей появилось что-то, вокруг чего можно объединиться перед наступающей тьмой…
— Надо было чаще и сильнее бить его по голове.
Дагран на мгновение неловко замолчал, явно не ожидая моего комментария и не зная, как на него ответить, а потому просто продолжил спустя несколько секунд, будто ничего не услышал:
— …Кхм, вот только это было не всем, а только начало грандиозных изменений. До того момента, как мы нашли новый источник великого света, были введены экстренные меры, включавшие не только официальное формирование Империума Секундуса, но и создание Великого Совета, состоявшего из пяти Примархов, получивших всю власть в свои руки. Альфарий стал мастером тени и разведки, державшем своих агентов в каждом углу галактики. Кёрз получил звание Первого клинка Инквизиции и главного вестника кары для всех еретиков, нарушивших порядок и закон нового государства. Лоргар назначил сам себя главой Экклезиархии — созданной им же церкви, частично перенявшей на себя ещё и влияние на техножрецов. Сангвиний же, до того как он пожертвовал собой ради общего блага, был назначен главнокомандующим всей оставшейся армии. Хорус Луперкаль, и так до этого пребывавший Воителем, по праву наследства занял место нового Императора…
После этой фразы, моя стальная статуя всё-таки разлетелась на осколки, не выдержав встречи с моим кулаком.
Глава 124. Империум Секундус
— …Когда наступила тьма, и мы потеряли возможность двигаться из сектора в сектор без великих рисков, только Примархи были тем, что позволило нам выжить в темнейший час, осветив космос и дав хотя бы какую-то надежду. Великий Сангвиний и Его Первосвященство Лоргар с помощью своих психических сил освещали целые сектора, не давая им окончательно погрязнуть в бедах и упасть в руки Хаоса. Конрад и Альфарий поддерживали порядок жёсткой и мягкой рукой соответственно, пока Луперкаль просто отвечал за координацию всех сил нового государства, боровшегося с всё подступающими ордами демонов каждый божий день. И хотя мы справлялись первое время, но всем было очевидно, что дольше нескольких десятков лет это государственное устройство не продержится, и мы падём в полный мрак. К счастью, именно тогда к Первому инквизитору пришло нужное видение, и у людей появилась надежда. Секундусу удалось найти свой Астрономикон…