— Нам и нет нужды сражаться до скончания веков. У меня есть план, как нанести Хаосу сокрушительный удар, от которого они не оправятся, при этом даровав человечеству необходимую защиту. Проблему разлома можно будет решить в будущем, я уже передал чертежи и запасов Чёрного камня у нас немало, — спокойно высказал я. — Однако я также желаю встретиться с лидером этой части Империума, и всё обсудить. Я желаю встретить Хоруса, а также узнать, что именно стало с Сангвинием.
— Тогда тебе необходимо будет двигаться на Терру, — было видно, что Лоргар пытался показать блестящую, уверенную улыбку, но информация о еретиках в нашей семье явно сильно ударила по нему. — И я бы с радостью сопроводил тебя до нашего нового дома, но если дела настолько плохи, как ты рассказываешь, нам необходимо как можно собрать все силы для финального удара. Мы не можем тратить время! Я мигом отправлю сообщение через всех астропатов, чтобы в кратчайший срок поднять все легионы, уведомить Ордосы о максимальной боевой готовности и просто подготовить почву для масс о начале масштабнейшего Крестового похода. Мы сомнём легионы тьмы всеми силами, что у нас есть, и чего бы это не стоило.
Одно хорошее качество, что было у Лоргара, которое являлось следствием его пылающей веры, так это нерушимая и фанатичная ненависть в сторону всех и всего, предавшего его веру и нашего отца. Можно было быть уверенным, что ради последнего он был готов хоть стереть целые города и планеты. И хотя сейчас это было хорошее качество, но меня всё равно страшило то, что мог натворить мой брат в попытках доказать эту самую, свою праведную верность…
. . .
«Вторая» Терра хотя и казалась отдалённо похожей на оригинал, но спутать её мог лишь человек, ни разу не бывавший на настоящей прародине человечества. Безусловно, вокруг были всё те же гигантские, доходящие до десятков километров в высоту здания, меж которыми двигались миллионы транспортников и специальных поездов на магнитной подушке, благодаря которым двигались триллионы разумных, но не было в воздухе той атмосферы величия и древности, пропитавшей старинную Землю.
Как правильно высказался мой сын, здесь всё выглядело странным. Где-то немного более косым, чуток неровным, и в основном просто каким-то не таким. Будто бы некто пытался по памяти повторить столицу человечества, но по итогу получилась лишь жалкая и бледная копия. И это казалось как строений, так и самих людей, выглядевших как насмешка надо всем, ради чего мы проливали кровь.
При моём прибытии, я заметил лишь один единственный элемент, который отличал этот мир от истинной Терры — гигантские золотые храмы, усеявшие собой поверхность планеты, и куда сходились многие миллионы людей. Там они поклонялись мне и братьям подобно каким-то могучим богам, и произносили молитвы с жертвами во имя нас самих.
И хотя я понимал, что все их действия имели отражение в варпе, отчего они, скорее всего, даже несли некоторую пользу, вот только всё их раболепие было куда менее эффективным, чем простейшее соблюдение правил безопасности в делах взаимодействия с варпом и использования простейших приборов, заменявших необходимость во множестве ритуалов. Те же мои ретрансляторы показывали куда большую эффективность, чем астропаты, посылавшие друг другу информацию через сны, которые затем ещё днями могли расшифровывать.
Я не любил религию не потому, что подобно отцу презирал любую веру. Нет, в ней, как и в любом инструменте, есть своя польза и недостатки, и лишь вопрос, как и для чего её используют. Но куда больше меня раздражало бессмысленное почитание и неэффективное использование ресурсов на храмы и прочие символы веры, которые можно было бы потратить на нечто более полезное. Школы, больницы, заводы и развитие науки — тысячи возможностей, которые куда больше нуждались в людях и ресурсах, чем молитвы. Даже признав все плюсы и сильные стороны варпа, я не мог согласиться с тем, что попытки полагаться в первую очередь на молитвы и силы Океана душ, не приведут ни к чему хорошему.