— Сангвиний, ты слышишь меня?
— Он предпочитает молчать, — подойдя поближе ко мне, ответил Хорус. — Использование дара в качестве маяка требует огромных сил даже для него, отчего он не в состоянии двигаться и практически не может говорить. В редкие моменты случаются исключения, но не уверен, что сейчас у него достаточно сил для этого. Времена нынче действительно тёмные…
— Феррус.
Казалось, воин Ваала двинулся лишь на миллиметр, однако мы все заметили эти изменения. Сангвиний всё держал глаза закрытыми, и говорил он с невероятной слабостью в голосе, но сейчас и этого было предостаточно.
— Я рад видеть тебя, брат, — не скрывая своей радости, произнёс я. — Был бы куда счастливее, если бы наша встреча прошла при более радостных обстоятельствах, но кто мы такие, чтобы бороться с судьбой? Не так ли?
Ангел молчал около минуты. Свет вокруг нас начал сгущаться вокруг него, пока я кожей ощущал электричество, проходящее по проводам, а также колоссальную психическую мощь, постепенно наполнявшую воздух. И когда мой брат собрал достаточно силы, он продолжил говорить.
— Никто… Я видел будущее. Тебе необходимо отправиться туда, где всё началось, и где умерли мечты всей галактики. Только там ты сможешь найти Оружие, что сможет изменить всю Великую игру… Древние боги именно там оставили свой величайший инструмент. И нет никого во всей галактике, кто сможет использовать его лучше тебя.
Некоторые камеры с пленёнными внутри псайкерами начали вспыхивать к концу его предложения. Целые провода перегорали, пока свет вокруг начал моргать с каждым словом моего брата. Кровавые слёзы пошли из его глаз, что, очевидно, было не самым лучшим знаком.
И чтобы облегчить его муки, я стремительно поднялся по лестнице к его трону и подошёл к своему брату. Вблизи были куда заметнее трещины, начавшие покрывать его кожу и испускать внутренний свет. И чтобы он не сгорел изнутри и не треснул под весом тяжелейшего груза, я коснулся этого псевдо-астрономикона и начал передавать свою силу духу внутри. Хотя этого однозначно было недостаточно, чтобы полностью снять груз, давящий на душу моего брата, но короткий момент облегчения это предоставило.
— Благодарю, — куда более расслабленным тоном ответил Сангвиний. — Я давно уже потерял надежду на то, что смогу побороть своего внутреннего зверя. А те ужасы, что мне показал демон в мириадах внутренних кошмаров… Они показали мне, что есть лишь один вариант разрушить круг насилия и выйти за пределы того, ради чего мы были созданы — пожертвовать собой во имя высшего блага. И я верю, что ты также понимаешь, что необходимо сделать, когда всё человечество будет зависеть от одного твоего выбора.
На мгновение Сангвиний открыл глаза, и мы с ним переглянулись. На меня смотрели два серых стеклянных глаза, в которых больше не было былой силы и уверенности в светлое будущее. Только вселенская усталость и тяжесть от осознания вечного долга.
— Ты знаешь, куда нам необходимо отправиться? — спросил я, продолжая смотреть ему в глаза. — Скажи точнее, ибо от этого зависит судьба всего человечества.
— Туда, где всё началось. К звезде, где пожиратели звёзд впервые обрели плоть, а некроны создали тела своим богам. Именно там, где зародилась сама бесконечная империя, Древние чародеи спрятали своё величайшее Оружие… Однако проклятые и падшие также знают об этом, а потому готовятся устроить последнюю битву за судьбу вселенной. И понадобятся все силы, чтобы выиграть это сражение. Абсолютно все, Феррус. Независимо от наших прошлых обид, от того, что было разрушено и какие идеалы мы предали, человечество лишь объединившись имеет шанс остановить Конец времён и не дать Колесу истории смять всех нас.
— Я услышал тебя, брат. И клянусь сделать всё, чтобы твоя жертва не оказалась напрасной, — кивнув, мигом ответил я. Слова пророков всегда были опасной вещью, которая требовала долгого осмысления, однако сейчас пророчества моего брата казались самой кристально ясной вещью во вселенной.
Сангвиний ничего не говорил напоследок, и всего лишь слабо улыбнулся. После этого он прикрыл глаза, вновь начал фокусироваться на поддержании работы Астрономикона и окончательно замолчал.
Я не желал более и секунды проводить в этом месте, а потому молча развернулся, и отправился на выход. Нахмурившийся Хорус же стоял на своём месте, смотря на Ангела, и продолжил это делать даже после того, как я покинул тронный зал. Впереди было много дел, и больше не было времени на сентиментальности. Пора спасать человечество, и готовиться к финальной битве. Человечество пожертвовало достаточно, чтобы заполучить этот один единственный шанс.