— Орзмунд Ариман, — спокойно произнёс я, делая несколько шагов вперёд, и с любопытством оглядывая человека, которого когда-то лично спас от проклятий варпа. — Поделишься, что у вас тут вообще происходит?
— С превеликой радостью, Железный владыка. Но то будет нелёгкая история, полная страданий, сожалений о собственных поступках и крови невинных, — почтительно поклонившись и ударив правой рукой по груди, бархатным голосом произнёс он. — После того, как мы изничтожили силы Хрудов и дали отпор Нерождённым, вылезшим из границы Покрова, мой отец и Волчий король ещё годами скитались по галактике, пытаясь удержать миры человечества под контролем и не дать порождениям Эмпиреи пожрать миллиарды человеческих душ. С появлением Великого Разлома они часто принимали облики неизвестных легионов, чтобы без усилий получить контроль над умами людей без каких-либо усилий, отчего и следующая ловушка оказалась столь эффективной. Когда мы уловили послания Коракса, и достигли одной мёртвой планеты, там мы встретили первое серьёзное сопротивление в лице тысяч пришельцев, надевших лики Астартес, которые в последствии и пали от нашей руки, и рук Воронов. Далее была длинная серия наших совместных путешествий с Девятнадцатым легионом и их отцом, которая, к величайшему в галактике сожалению, закончилась величайшей трагедией из возможных…
Ариман замялся, опустив голову и начав молча смотреть в пустоту, будто бы что-то стараясь в ней разглядеть. Затем он повернулся и взглянул за свою спину, где ещё больше Астартес в знаках Просперо стояли позади него и со всё той же мрачностью глядели в густой чёрный туман, держа руку на груди в каком-то ритуальном знаке. Я не мешал им, и просто спокойно ожидал как Орзмунд соберётся. Они все заслуживали хоть какое-то время для скорби вне этого хаоса.
— …После гибели отца, мы пали в руки предательской ярости, которая затмила наши глаза. То была сама тьма, пронзившая души даже лучших из нас… Ибо что ещё могло произойти, когда Повелитель воронов прямо на наших глазах нанёс удар прямо в сердце нашего отца? — куда более тихим голосом продолжил Ариман, сильнее сжавший свой посох. — Я, братья и сам Волчий король с его сыновьями желали лишь крови Коракса. Любой ценой мы пытались добраться до него, и отомстить за величайший грех, да только эта планета оказалась ловушкой, где многие из нас нашли своё последнее пристанище. Тёмнейший мир во всём Млечном пути, где нельзя доверять ни тени, и где каждый может обернуться предателем. Безумие властвует на этих землях, и я даже не могу сказать, как долго мы находимся здесь, ибо даже время здесь не более, чем иллюзия. Рунные жрецы и обученные нами псайкеры снабдили нас достаточным количеством еды с водой, но как мы догадываемся, местные порождения позволили нам выживать лишь ради возможности лично испытать нашу стойкость и силу духа. Слишком многом моих братьев пали от Воронов, вылетевших из теней, а также из-за роев червей, повылезавших из земли… Король Фенриса был единственной нашей надеждой, только благодаря которой мы и смогли встретить вас сейчас. Мы более не можем общаться с ним или как-то контролировать, но ещё в состоянии направлять его безмерную мощь.
— Отец невероятно могущественен, и самолично сломил хребет Ворону, так и смог расправится с тысячами пожирателей душ. Однако когда океан червей затмил собой небосклон… — голос одноглазого воина из Космических волков, сделавшего несколько шагов вперёд, был полон гордости и вселенского сожаления. Каждое его слово сквозило от едва сдерживаемого холодного гнева, смешанного с чувством собственной неполноценности из-за проваленной миссии по защите отца. — Владыка выжил, и не пал под чары чудовищ, ибо ничто во вселенной не смогло бы сломить его волю и преданность Всеотцу.* Но… даже не сломившись ментально, он не сбежал от монстров прежним. Ярость спасла его, но взяла за свободу свою плату.
Я почтительно кивнул, поблагодарив воинов за объяснение, после чего повернулся к телу Русса, сейчас скованного в клетке из живого металла. И пока живой металл желаемую форму для дальнейшего обследования, я обдумывал всю ситуацию.
Если мыслить разумно, у меня нет ни малейшей причины верить Орзмунду и остальной братии, так как он всегда может оказаться очередным предателем или перевёртышем, но на то у нас имелись средства проверки информации. Ведь в отличие от Магнуса, он был существом из плоти и крови, причём столь детально изученном мной, что вряд ли даже лучшие подражетели из демонов смогут скопировать его. Сияние покалеченной души трудно повторить.