Была лишь одна проблема — он слишком устал, чтобы дальше двигаться вперёд. Столь длинная война, быть может, и была чем-то лёгким и не стоящим внимания для космических десантников или Примархов, но для обычных людей — это несколько жизней, состоящих исключительно из крови и боли.
Постоянные новички мечтали и дальше продвигать границы Империума, но немногие ветераны вроде самого Дурана пусть и не рисковали произносить это вслух, но всей душой ждали момента, когда Великий поход наконец завершиться и можно будет вернуться домой. Все чувствовали, что галактика скоро лишиться последней угрозы человечеству, а потому оставалось сделать лишь несколько финальных шагов до их победы и окончательного мира. До момента, когда человечество наконец-то сможет спокойно выдохнуть и насладиться своим нерушимым и недвижимым положением.
* Как ни странно, но в деле путешествия в варпе, Механикусы имеют немногим меньшую роль, чем Навигаторы. Чтобы свериться с траекторией движения и дать команде с варп-двигателями время на передышку, корабли постоянно уходят из Имматериума в материальный мир, где слуги Омниссии с помощью калькуляторов высчитывают пути меж чёрных дыр, поясов астероидов и прочих аномалией, которые могут помешать путешествию. Ну а ещё они чисто на всякий случай сверяют маршруты, для проверки, что их Навигатор ещё не окончательно сошёл с ума от мутаций и голосов в голове.
Глава 71. Падение
Пески дикого мира, где ещё недавно правили проклятые культисты и миллиарды их рабов, сейчас были украшены их мёртвыми телами. Целые города и великие крепости зачищались не знающими жалости Кровавыми ангелами, и даже сам Сангвиний принимал участие в этой бойне. Слишком уж опасен был враг, и слишком тёмным казалось будущее, где Девятый Примарх не вступил бы в этот бой. И он не прогадал — раз даже двух легионов, поддерживаемых двумя Ангелами Империума, едва хватило, чтобы остановить их орды, то они не зря сегодня пролили собственную кровь.
Картины ужасов, которые творили местные порождения, прикрывшиеся обличием людей, застыли перед глазами сына Императора, и не желали отступать. Массовые оргии вместе с использованием самых сильных психоторопных веществ, а также жестоких ритуальных убийств детей и женщин самыми нечеловеческими способами — таково было лицо местных «жрецов», пытавшихся достучаться до чего-то с другой стороны Имматериума.
И Ангел не мог сказать с уверенностью, что они не достигли успеха. Перед его ногами на коленях стояло трёхметровое рогатое существо с чёрной костяной бронёй. Запах крови и ярости исходил от этой твари, чьи алые глаза, не моргая, следили за каждым движением Примарха.
Это существо было сильным и опасным противником, однако не просто так Ярчайший считался самым искусным воином среди всех сынов Повелителя человечества. Возможность свободно летать вместе с видением грядущего и невероятными физическими возможностями приводили к тому, что даже у настоящих демонов не было шансов против него. Вот только даже победив монстра, Сангвиний почему-то не желал пока что оканчивать его жизнь. Он видел, что ему необходимо дать ему договорить, чтобы узнать планы местных безумцев. Иначе произойдёт нечто ужасное…
— Ты побежден, демон, — прогрохотал он, взмахнув своим копьё и сбросив с него капли крови и необычного ихора. — Эта война ужасов окончена, и твой час подходит к концу. Так прояви хотя бы сейчас акт чести, и спокойно прими свою погибель как полагается настоящему воину.
Монстр издал заливистый смех, сжимая рваную рану в его груди. В месте, где должно было быть сердце, сейчас зияла дыра, однако порождение Океана душ едва ли считало этот факт обременительным:
— Ты знаешь, что это не так, Ангел. Мы оба знаем, что война никогда не кончается. Сколько бы твой отец не твердил о том, что однажды наступит мир, в глубине души ты знаешь, что его жажду власти ничто не остановит, — шёпотом произнёс он, прожигая взглядом Примарха. — Я знаю, что потоки времени доступны тебе — одновременно грядущее, настоящее и прошлое. Ты видишь изменение путей, а пути видят тебя. Невероятный дар, и столь же невероятное проклятие! Ты можешь ощутить его в своей крови плоти, в собственной душе и собственной жажде! Жажде рвать плоть, крушить черепа врагов и пить их кровь подобно самому сладкому нектару, чтобы отвратить мрачное будущее! Стараешься иссушить жажду доказать всем, что ты не человек, а нечто куда большее! Ты уже знаешь, что сегодня произойдёт, осталось лишь закончить наш спектакль и приступить к основным действиям. Сегодня — это день, когда ты спасёшь человечество, Ангел. Ну, или как минимум сделаешь первый шаг к его истинному возвышению.
Демон запрокинул голову и заулюлюкал, пока черная кровь пенилась на его губах. Однако прежде чем Девятый успел сделать что-либо, фигура порождения будто бы смазалась, и на его месте теперь стояло другое существо. Абсолютно здоровое и даже пышущее жизнью, смешанной с невероятным жизненным опытом и мудростью. Демон принял облик его отца. Лишённого доспехов и ростом не больше обычного человека — именно таким бы сам Сангвиний представил своего Императора до того, как тот начал свой поход.
Идеальный во всех деталях, но при этом ставший каким-то гадким и походящим скорее на пародию на Повелителя человечества. От слишком кривой улыбки до глаз в которых не было и намёка на настоящие эмоции — всё стало похожим на фарс. Однако Ангел Империума почему-то всё равно не был в силах нанести последний удар и окончить его игру. Весь мир вокруг него будто бы противился этому, как и сама его сущность, по какой-то причине желавшая выслушать это существо.
— …Сегодня день, когда твой изъян проявится, Сангвиний Ваала! Мой лучший сын и главный клинок, — поднявшись с колен и начав по какой-то причине мягко улыбаться, со всей теплотой ответил демон. — Ты не представляешь, как я горд, смотря на тебя. Как радуется моё сердце, видя, какой силы ты достиг! И все твои сыновья увидят тот миг, когда достигнешь ещё большего! Некоторые не доживут до того, чтобы рассказать об этом, однако уверяю тебя в том, что вся вселенная запомнит день, когда Ангел взлетит из своей клетки! День, когда Тёмный король обретёт свою плоть и сделает свой первый вдох…
Картины будущего, до этого время от времени пытавшиеся Девятого, сейчас пропали. Он видел лишь один исход событий, и только одну реальность — лик этого монстра, издававший безумный смех, а также Примарха, улетавшего от него со всей силы.
— …Я знаю тебя, мой сын, и вижу твою душу, как не способен увидеть ты сам, — сказал «Император», показывая свою блестящую улыбку, в которой сейчас виднелись клыки настоящего хищника. — Ты никогда не задумывался о своей цели, в долгой темноте ночи, когда ты был одинок и обеспокоен? Ты когда-нибудь осмеливался высказать мысль о происхождении твоих… даров? Что же, позволь мне тогда сообщить — когда ты был ниспослан с небес, чтобы поселиться в пыли и красных песках Баала, именно я наблюдал за тобой. Именно я наложил на тебя руки, и дал тебе возможность взлететь к небесам. А потому позволь же мне и сейчас дать тебе дар, что возвысит тебя до настоящего бога…
— Лжец, — сказал Сангвиний. — Я сын своего отца, и всегда буду им. Я ангел его чистого гнева, и кара Его, направляемая рукой истинного Повелителя человечества…
— А я разве спорю? Твой отец создал тебя, однако кого ещё ты видишь перед собой? Я и Император — это лишь две стороны одной монеты. Свет и тьма, день и ночь, порядок и хаос. Мы неразрывно связаны, и просто являемся собой разные аспекты человечества. Он — это всё «великое и светлое», что воплощает из себя род людской. Я же — то, чем оно является на самом деле. — издав противний высокий смех, который эхом разошёлся по всей земле, продолжила тварь. — Твой отец открыл свой огонь чародейства в тот же день, когда я родился. Когда маленький мальчик увидел тело своего отца, которого убили не ради пропитания, а из-за чистой ненависти — впервые за всю историю человечества — именно тогда родился твой Император, а вместе с ним и я. Так скажем, личный демон всего вашего рода приматов, которых я люблю всем своим сердцем. Каждый раз, когда человечество открывало новую технологию или создавало произведение искусства — тем ярче раскрывались дары твоего отца, и тем сильнее становился он сам. Но каждый раз, как человек убивал своего собрата из-за гнева, зависти и прочих тёмных эмоций… Тогда сильнее становился уже я. И мне хочется, чтобы ты искренне ответил на вопрос, мой Ангел — как ты думаешь, кто в итоге из нас двоих стал сильнее?