- Что делать-то, девочки? Яков Викторович говорит от того, как я выглядеть буду на этой встрече, зависит судьба наших ребят. А я только сегодня о ней услыхала! Кабы знала наперед, уж наверно что-нибудь да придумала!
- Ох уж твой Яков Викторович, любит он преувеличить! – фыркнула Любочка. – кабы женская красота что-то решала, ни одной ведьмы в средневековье бы не сожгли! Мужчины не прочь обладать красотой, но жертвовать ради нее своим удобством не станут.
Клара не упустила случая блеснуть осведомленностью:
- Знаем мы про твои переговоры, даром что ли секретные документы с утра до вечера печатаем? Нашу сторону представляет Громов, затем из службы «Р» кого-то собираются направить и еще приедут особисты, у этих директива о необходимости присутствовать на любых встречах с участием иностранцев. А от арийцев будет оберст[1] Крафт[2]. Он у них самый смелый, его всегда к нам засылают.
- Сам Петер Крафт будет? – восторженно ахнула Любочка. – Ну и повезло же тебе, Ася, оберста вживую увидеть! Я на него только в телевизоре смотрела. Настоящий нордический красавец, будто с картинки: высоченный, плечи литые, а как на нем китель сидит! Лучше, чем на любом манекене! Да он и сам будто манекенщик!
Любочка принялась поспешно рыться в ящиках стола. Наведением порядка она не утруждалась – сметала в ящики все подряд, авось пригодится. На пол летели перья, химические карандаши, подушечки для штампов, сменные ленты к печатным машинками, острые металлические кнопки, скрепки. Наконец Любочка выдернула из завалов крохотный блокнотик вырвала из него исписанные листы, а оставшиеся с просительным видом протянула Астенике.
- Слушай, там после официальной части банкет последует, чтобы показать арийцам, что нам нас ни голодом, ни войной не сломить. Ты дождись, когда все напьются, а потом попроси автограф.
- Кого попросить? – не поняла Ася.
- Да автограф у Крафта! – нетерпеливо воскликнула Любочка, дивясь ее непонятливости.
- Ты что, Любочка, он же враг! Арийцы русских мальчишек расстреливают, а ты автограф. Как подумаю, что брат на передовой наш покой кровью покупает, так сама бы взяла пистолет да всех арийцев перестреляла, лишь бы только он живым воротился.
- Фу, какая кровожадная. Ну что ты к Крафту-то цепляешься? Не он эту войну начал, он – офицер, военнообязанный, делает, что ему начальство велит. Как ты, как все мы.
- Нельзя нас с боевым офицером сравнивать! Мы-то в тылу сидим, по людям не стреляем.
- Нам велено, вот и сидим. А пошлют на передовую – так и пойдем. И стрелять будем. Сама же сказала, кабы у тебя был пистолет, так бы стреляла. И Яков Викторович твой тоже, между прочим, немало арийских солдат положил – хоть сам, хоть руками солдат. А Крафту я добровольно в плен отдаться готова безо всякой надежды на возвращение. Без-воз-врат-но. Безвозвратно-развратно, сердцу приятно спеться с ним складно, сердцу приятно, а телу – усладно…. – пропела Любочка на манер арии из оперетты. - Ну, чего тебе стоит спросить автограф? Ты ж не для себя, для меня просишь! А я тебе ну вот что хочешь взамен сделаю!
Клара выкрутила из своей машинки лист бумаги и тоже протянула Астенике:
- И мне тоже возьми. Крафта зовут человек без слабостей, Петер - Каменное Сердце. Он среди арийцев очень популярен.
- И ниже пояса у Крафта, наверное, тоже все как камень! – то ли хихикнула, то ли всхлипнула Любочка.
- Викторович Крафта, кстати, очень уважает. Каждая его победа для генерала как личная драма, ну а если в чем-то обойти удается, ходит потом гоголем. Прямо как мальчишки в песочнице, даром, что не песком - людскими жизнями играют. Репортеров на эту встречу куча понаедет, снимать станут для телевидения. Представляешь, тебя в новостях покажут и еще в газетах напечатают.
- Да меня-то зачем печатать? Якова Викторовича, вот кого печатать надо.
- Уж поверь, газетчики никого не упустят – ни тебя, ни Якова Викторовича, дай им волю они нашу бабу Агриппину напечатают. Любочка, давай-ка сюда косметику, будем делать из Аси красавицу. Порванные чулки - это чепуха, сейчас карандашиком линию начертим, будет казаться, будто шов на чулках, кто там приглядываться станет. А туфли я свои лаковые на шпильке одолжу. Еще бы платье новое добыть...