А я? Осталась здесь одна, беспомощная, и отправила его на верную смерть. Мысль о том, что из-за меня, из-за моего бездействия, могут пострадать еще двое людей, вызывала приступ паники и тошноты.
Время тянулось невыносимо медленно. Я встала с пола и начала бесцельно ходить по комнате, закутавшись в плед и потирая замерзшие руки. Аккуратно приблизилась к окну, опасаясь, что могу выдать этим своё присутствие. Непонятно правда кому… Отсюда, с высоты, город казался игрушечным, безобидным. Мерцающая россыпь огней, ровные линии магистралей. Даже зелень парка. Все было привычно безопасно, и безмятежно. Но я-то знала, что скрывается за этим блеском. Грязь, кровь и страх других районов и секторов. И там, в этой темноте, был Грен. И был Демид.
Я не знала, сколько прошло времени. Минуты сливались в часы. Я прилегла на кровать, уставившись в потолок, пытаясь заставить себя уснуть, хотя понимала, что это безнадежно. Сознание возвращало меня к одному и тому же: к ухмылке Демида в баре, к его странному признанию, к его стальным глазам, полным решимости, когда он сказал: «Я его найду». В эти моменты ему хотелось верить. Но потом страх снова накатывал, холодной и тяжелой волной.
Я провалилась в неглубокий, тревожный сон, полный обрывков кошмаров. Мне снился Грен, зовущий на помощь, и я не могла до него добраться. Снился Демид, падающий в темноту. Снился Архи, чье лицо то и дело покрывалось рябью, а потом появлялось обратно.
Проснулась от скрипа открывающейся двери. Сердце прыгнуло в горло, и я мгновенно села на кровати, впиваясь в темноту широко раскрытыми глазами. В дверном проеме, очерченный светом из гостиной, стояла высокая фигура.
— Эля? — тихо позвал Демид.
Я не смогла издать ни звука, лишь беззвучно закивала в темноте, не понимая, что он все равно не видит.
Он вошел, и дверь закрылась за ним, оставив нас в полумраке, который разбавлял лишь тусклый свет с улицы, пробивающийся сквозь жалюзи. Я услышала, как он тяжело опускается в кресло у стены.
— Он жив, — сказал Демид, и его голос был уставшим, хриплым. — В сознании. Синяк под глазом и так мелкие царапины.
Воздух, который я не замечала, что задерживала, с шумом вырвался из легких. Слезы облегчения хлынули сами собой. Я провела рукавом по лицу, пытаясь взять себя в руки.
— Где он? — прошептала я, боясь, что Демид увидит меня опять раскисшую с распухшими глазами и носом.
— В безопасном месте. У меня. Ему нужно прийти в себя. Там была небольшая заварушка. Но все обошлось.
«Небольшая заварушка»?! Он сказал это так, будто речь шла о потасовке в баре, а не о штурме логова банды. Я смотрела на его силуэт в темноте, и во мне боролись благодарность и смятение. Благодарность за спасение Грена. И смятение от того, что скрывалось за этими спокойными словами.
— Спасибо, — выдохнула я, и это было единственное, что я могла сказать. Все остальное казалось таким мелким и неважным. — Огромное тебе спасибо, Демид.
Он ничего не ответил. В тишине комнаты было слышно лишь наше дыхание. Мое — еще неровное, прерывистое. Его — ровное, но тяжелое, будто он пробежал марафон.
— Ты… ты не пострадал? — спросила я, внезапно осознав, что мне не все равно.
Он издал короткий, похожий на усмешку звук.
— Целый. Немного пыли на одежде. Ничего серьезного.
Я снова замолчала, переваривая информацию. Грен жив. Демид цел. Самый страшный кошмар не сбылся. Но напряжение не уходило. Оно витало в воздухе, между нами, густое и невысказанное.
— Почему? — наконец, спросила я, глядя на его темный силуэт.
— Почему ты это сделал? Рисковал так... – нужные слова словно вылетели из головы.
Он помолчал так долго, что я уже подумала, он не ответит, как всегда.
— Грен помогал мне и моему брату несколько раз, а мы с Северусом не любим быть в долгу. — с полуулыбкой произнес он. – Да ты и сама видела, когда я завалился к нему в прошлый раз.
– Тем более, это могло затронуть тебя. А если ты еще не забыла, я говорил, что ты мне очень нравишься. Ещё с первой встречи.
– У тебя заниженные требования. Раз я смогла тебе понравиться лишь угостив чаем и бутербродами. – подколола его, пытаясь срыть смущение.
Да и как он мог меня толком узнать, чтобы понравиться, всего лишь раз поговорив со мной? Ну, ладно два. Встречу в клубе тоже засчитаем.
– Ещё скажи любовь с первого взгляда. – не унималась я.
– Не с первого. Да даже не с четвертого. Однажды я уже упустил свой шанс. Теперь вот всеми способами стараюсь получить твое доверие и расположение.