Демид почувствовал мои внутренние сокращения, и его собственное тело напряглось в финальном рывке. Он издал низкий, сдавленный рык, вонзился в меня в последний раз, глубоко и до конца, и я почувствовала, как его тепло снова заполняет меня, на этот раз уже внутри.
Мы замерли, оба полностью истощенные, дыша на разрыв. Он медленно, чтобы не причинить мне дискомфорта, вышел из меня, и я безвольно рухнула на простыню, все еще мелко дрожа. Он лег рядом, перевернув меня к себе, его грудь тяжело вздымалась.
Минуту, другую, мы просто лежали молча, приходя в себя. Затем его рука потянулась ко мне, и он большим пальцем осторожно стер слезу, застрявшую в уголке моего глаза.
— Ну что? — его голос был глухим от усталости, но в нем читалось удовлетворение. — Удовлетворила своё любопытство?
Я посмотрела на него, на его темные, все еще пылающие страстью глаза, на его влажные от пота волосы, и слабая улыбка тронула мои губы.
— Да, — прошептала я. — Это было... нечто.
— Нечто хорошее? — уточнил он, и в его взгляде мелькнула знакомая искорка.
Я кивнула, не в силах подобрать слов. Стыд, досада, обида — все это растворилось, уступив место глубочайшей, животной удовлетворенности и странному чувству близости, которого я никогда раньше не испытывала.
Он притянул меня к себе, и я прижалась щекой к его горячей груди, слушая, как его сердце постепенно успокаивается. Его рука лежала на моей спине, тяжелая и влажная. Закрыв глаза подумала, что может вот он конец невезения? А может быть, все самое интересное только началось…
Уже засыпая, осознала, что ведь не каждый парень после даже такого крышесносного секса останется рядом. А этот ведь еще и прижал меня к себе, прикрыв простынкой. И как он к этому отнесётся? Как к благодарности за спасение Грена? Или ему просто хотелось поиметь контрактницу своего шефа…
2.29 Глава от Демида про это утро
Рано или поздно это должно было случиться. Так или иначе. Все старания держаться от неё подальше, шли прахом, год за годом, день ото дня. Сопротивляться притяжению становилось всё труднее. Я отчаянно пытался её заменить кем-то другим. Другими чертами лица, силуэтами тела. Даже расстояние и время не спасли от моего помешательства по имени Элен. Я утешал и уговаривал себя остановить, оставить её в покое. Ведь она счастлива. С другим. Моим другом. Что давало извращенное успокоение.
Не с моим положением и ситуацией было обзаводиться такой слабостью, как избранная женщина. Проклятие и благословение любого дайма.
Та заварушка рядом с её районом спутала все планы. И сейчас я где-то даже рад, что так сложилось. Теперь она официально стала находиться под покровительством семейства даймов. Хоть все причастные и были в курсе к какому клану она относится. Её глава клана допустил огромную промашку, не заявив официально чья она. Всё его влияние окажется пустым звуком, упаси великий космос оказаться ей на месте тех похищенных девчонок.
Вчерашнее происшествие дало огромнейший толчок развитию нашего общения. С одной стороны глупо так считать, с другой – я стал для неё в какой-то мере значим. Ещё в квартире меня поразило её отношение. Словно она смогла частично, но ощутить все чувства и эмоции, которые я к ней испытывал. Что скрывать, её интерес мне был приятен. Даже её холодное недовольство моим поведением, что в клинике у Грена, что в клубе, не смогли скрыть искреннее переживание за меня.
И это чувствовать комически приятно. Только хочется большего. Намного большего.
Утренний выход из душа был не случайным. Это была проверка, чтобы понять её реакцию. Приманка. Я вышел, чувствуя на себе её взгляд, будто физическое прикосновение. Хоть сейчас гены дайма принесли пользу, я смог учуять её легкое возбуждение, которое она хотела скрыть за неловкостью момента. Её тело сказало мне правду, в то время как её разум пытался спрятаться за дурацкими вопросами про «начальство».
Я дал ей убежать. Позволил ей скрыться за дверью ванной. Потому что знал, что будет дальше. Ожидание сводило с ума. Я стоял, прислонившись к стене, слушая шум воды и приглушенные звуки за дверью. А потом… потом до меня донесся другой звук, прерывистое дыхание. И запах… Запах её желания стал гуще, острее, отчаяннее.
Самообладание лопнуло. Я не мог больше ждать. Я бесшумно вошел в ванную. Пар застилал всё, но я видел её с совершенной четкостью. Она стояла, прислонившись одной рукой к стене, другая рука беспомощно скользила между её ног. Её тело было изогнуто в мучительной дуге неудовлетворенности. Она пыталась сама добиться того, чего я так долго желал ей дать.