«Неужели это правда? Неужели это возможно?!»
У нее было такое ощущение, что самолет завез ее на другую планету. Все вокруг было настолько красивым, что казалось фантастикой, а не реальностью.
«Вот это да! — выдохнула девушка. — Ради того, чтобы жить здесь, в самом деле можно бороться до последнего дыхания…»
Часть вторая
10
Солнечные лучи, пробившись сквозь неплотно задвинутые шторы, осторожно скользнули по лицу Тамары, она чуть поморщилась и, открыв глаза, посмотрела на часы.
Десять. Пора вставать!
Но, как назло, ей безумно хотелось спать. Весь вечер она колесила по Парижу и только в начале третьего легла в постель.
— Ох уж эта деревня! — застонала Тамара. — Все у них начинается чуть свет, в том числе и визиты…
Молодая женщина с наслаждением потянулась и, окончательно проснувшись, горестно вздохнула:
— Амир! Когда же я избавлюсь от него?!
Накинув черный шелковый пеньюар, она направилась в ванную. Через полчаса раздался звонок домофона, Тамара нажала кнопку и спросила:
— Катя, это ты?
— Да! — ответил знакомый голос.
Освежающий душ мало помог Тамаре, и она, позевывая, открыла дверь.
— Привет! Заходи!
— Сто лет тебя не видела, Томочка! — запричитала Екатерина, ее старинная приятельница.
Тонкий нос Кати с наслаждением вдохнул аромат жизни богатой женщины: восхитительную смесь изысканной свежести «Eau de Rochas» и аристократических кремов «Кристиан Диор», а острый взгляд мгновенно обежал комнату, с жадным восторгом задержавшись на лиловых шелковых простынях, небрежно открытой коробке конфет и брошенном на спинку кресла черном костюме от «Шанель».
Каждая ее поездка к Тамаре для Екатерины была целым событием в ее безрадостно-однообразной жизни. Тщательно и с большим удовольствием готовилась она к нечастым встречам с приятельницей. Но, даже не видясь с ней по нескольку месяцев, Катя всегда очень внимательно следила за ее жизнью, с огромным интересом слушая отрывочные новости о Тамаре от общих знакомых.
По своей сути Катерина была довольно славным человеком, но тяготы жизни во Франции превратили ее в вечно завидующее, злобное существо. Они с Тамарой были одногодками и учились в одной школе, затем поступили в университет: Катерина на факультет романских языков, Тамара — на экономический. Несколько раз во время учебы они встречались на студенческих вечерах, а потом, естественно, потеряли друг друга из виду. Их совершенно случайно свела Лера, которая однажды, приехав к сестре, сообщила, что Катя Лункина тоже вышла замуж за француза и теперь живет в Париже, точнее, в его пригороде. Деятельная Лера привезла письмо Екатерине от ее мамы, и таким образом они встретились. Эта встреча принесла Кате бессонные ночи зависти, когда она сравнила свою жизнь с жизнью Тамары.
Учась на последнем курсе, Екатерина для практики работала гидом в «Интуристе», благодаря чему и познакомилась со своим будущим мужем. Он очаровал ее отнюдь не особенными внешними достоинствами, которых, впрочем, и не имел, а просто тем, что был французом. Привлекательная Катя, не задумываясь ни минуты, сразу же согласилась выйти за него замуж. И через год мучительного ожидания Екатерина увидела роскошный Париж, но вкусить этой роскоши ей так и не удалось, несмотря на то что она прожила здесь уже почти пятнадцать лет. Зато в мгновение ока французская столица превратила обладательницу элитарного диплома в уборщицу самолетных салонов авиакомпании «Эр Франс». И это было счастьем при том безденежье, в каком она очутилась. Муж ее то находил, то терял работу, к тому же у него была мечта жить в пригороде. Промучив Катю года два строжайшей экономией в Париже, он подыскал себе работу в одном из отдаленных предместьев столицы и признался, что у него есть деньги и они смогут купить там себе дом. Раньше она пришла бы в ужас от того, что ей придется жить в деревне и видеть Париж только по праздникам, но теперь, вдоволь наубиравшись в самолетных салонах, согласилась. Однако этот переезд не принес ей ожидаемого облегчения. Ее муж, сам трудясь как каторжный, так же щедро нагрузил и Катю. У них был большой дом, который убирала, естественно, Катерина, большой двор и огромное хозяйство: свиньи, куры, кролики, огород. «Зачем покупать в магазинах, — вдалбливал он в голову жены, — когда мы сами можем себя полностью обеспечивать всем необходимым?» Но, несмотря на то что у них уже стали водиться деньги, в их жизни по-прежнему царила экономия, которая своей скупой рукой запрещала зимой отапливать дом, свободно пользоваться электричеством, водой и заставляла разъезжать по барахолкам в надежде купить подешевле на одних и продать подороже на других. Двое их дочерей, родившихся и выросших в доме экономии, с детства были приучены к низкой температуре в комнатах, к простой одежде и работе по хозяйству. Поэтому каждый раз, когда Катя из своего ледяного, неприветливого дома оказывалась в роскошной квартире-будуаре приятельницы, то зависть начинала нашептывать ей терзающие душу и ум слова. Эти пятнадцать лет превратили ленинградку Катю в бесцветную деревенскую женщину с рабочими красноватыми руками. Так получилось, что у нее теперь было только два сладостно-тягостных развлечения: редкие поездки к Тамаре и… таинственные прогулки хозяйки-оборотня по Парижу.