«Неужели мне придется расстаться со всем этим, расстаться со своей мечтой и вернуться в Таганрог?» — в ужасе думала девушка, выйдя на залитую золотистыми огнями площадь Опера.
Ей казалось, что сегодняшний вечер будет прощальным. Не в силах больше двигаться, Светка устало опустилась на плетеный стул кафе «Де ля Пэ». Она с тоскливой завистью оглядывала, как ей казалось, счастливые и спокойные лица спешащих мимо и сидящих за столиками. Невольно Света остановила свой взгляд на молодой, чрезвычайно элегантно одетой женщине, которая лениво пила кофе и так же лениво просматривала газету. Во всех ее движениях скользили достоинство и уверенность.
«Ах, как бы мне хотелось вот так же спокойно сидеть и читать газету!..»
Неожиданно Светка вздрогнула, приподнялась со стула и впилась глазами в название газеты, набранное славянским шрифтом, — «Русская мысль».
«Она — русская!» — радостно подумала Светка и уже хотела было подойти к ней, но испугалась и замерла в нерешительности.
Но ей так нужно было кому-то рассказать о постигших ее неудачах, спросить совета, просто услышать русский голос. Наконец, извинившись, она все-таки рискнула подойти.
Женщина и в самом деле встретила ее не то чтобы неприветливо, но как-то сухо, и по всему было видно — желала поскорее отделаться от бесцеремонной девчонки. Света опустилась на стул рядом с ней и хотела было завязать для начала непринужденную беседу, но не выдержала и сразу начала с того, что терзало ей сердце:
— Я здесь совсем одна…
Незнакомка что-то ответила ей безразличным тоном, от которого у Светки появились в глазах слезы, и она разрыдалась, потеряв над собой контроль. Женщина испугалась ее бурных рыданий и принялась утешать. Светка и сама бы хотела остановиться, но ничего не могла поделать со своей истерикой. Незнакомка гладила ее по плечам и просила успокоиться. Тогда Светлана в перерывах между всхлипываниями упросила ее не уходить, а остаться с нею и хоть немного поговорить. Узнав, как ее зовут, молодая женщина сказала:
— Ну что же, Света, вы столько наплакали, что здесь стало сыро. Пойдемте в другое место. Я знаю отличное кафе, и совсем недалеко отсюда. Да, меня зовут Лера.
Глядя на Валерию преданными глазами и готовая идти за ней хоть на край света, девушка засеменила рядом, боясь потерять ее в круговороте толпы.
Они шли молча, перекинувшись всего несколькими незначительными фразами. Светке стало стыдно своей слабости, и она уже пожалела о том, что навязалась со своими проблемами к чужой женщине, поэтому решила, что не будет плакаться, а просто поговорит и, может быть, спросит совета. Но когда они вошли в кафе, поднялись на второй этаж, сели за освещенный розовой лампой столик и Светлана взглянула в серые глаза Валерии, то, захлебываясь, перескакивая с одного на другое, принялась рассказывать ей о себе. Теплое красное вино с корицей, заказанное Лерой, благотворно отразилось на настроении девушки, и ей показалось, что все не так страшно, как она думает. Светка успокоилась и уже более внятно продолжала рассказывать о своих злоключениях.
— Самое странное то, что я не могу понять — почему? Мне оставалось совсем немного, чтобы попасть в круг интересующих прессу манекенщиц, и вдруг… Мне теперь даже стыдно заходить в агентство, но ужаснее всего то, что я стала бояться кастингов, я уже знаю их результат… Просто не представляю, что мне делать… Возвращаться обратно? — И Светлана вопросительно посмотрела на Валерию.
— Возвратиться ты всегда успеешь, — спокойно сказала Лера. — Надо все-таки попытаться еще. Я, конечно, не большой специалист в модельном бизнесе, но когда я увидела тебя, то тут же подумала — какая красивая девушка.
— Если бы так думали те, от кого зависит моя судьба на кастингах, — глубоко вздохнув, грустно произнесла Света.
— Но, понимаешь, у тебя несколько усталый вид и какие-то потерянные глаза… Мне кажется, тебе надо больше верить в себя…
— Ой, Лера, чего только я не делала, как только не заставляла себя, не убеждала, что я — самая-самая, перед каждым кастингом. Все напрасно… А усталый вид… Мне бы хоть одну ночь выспаться нормально… Им-то, этим дурам, все равно, они крутятся в середине между «хуже некуда» и «нормально»; выше не поднимутся, ниже не скатятся, такие всегда нужны… А меня или берут, вернее брали, только на солидные показы, или же бракуют…
— Понятно, выбиваешься из общей массы средненьких манекенщиц, а на высший уровень не тянешь…
— Наверное, так…
— Однако уже поздно, — сказала Лера, взглянув на часы.