- Допустим, - женщина закидывает ногу на ногу и поправляет халат, - а чем вы занимались здесь? - она делает взмах рукой в сторону шкафа, возле которого застала нас с Астровым - Думаешь, я не заметила, какая ты была встревоженная и помятая?
Против последнего замечания мне нечего сказать, поэтому отворачиваюсь, потупив взгляд. Язык не поворачивается говорить ложь близкому человеку, даже ради собственного оправдания.
- Дочь, мы же уже обсуждали этот вопрос - говорит она более мягко, и я мысленно начинаю стонать. Потому что следующие полтора часа мне приходится в сотый раз выслушивать историю о том, как моя мать была глупой и наивной девчонкой, как влюбилась в прекрасного подонка. И как после этого осталась одна в девятнадцать лет с ребёнком на руках.
Я слушаю молча, периодически кивая на некоторые, более значимые замечания. Мне безумно стыдно, но в тоже время немного обидно. Мы же ведь не делали нечего плохого, тем более у нас нет никаких отношений. А то, что я неожиданно поддалась глупому порыву, так это вообще ничего не значит. Я думаю, что смогла бы вовремя остановиться и оттолкнуть Астрова. Или не смогла бы?
- Помни это, и не повторяй моих ошибок - говорит мать в заключении. А мне неожиданно становится не по себе, и горькая обида туманит мозг, поэтому смело спрашиваю то, что волнует.
- Мам, ну неужели ты меня считаешь ошибкой, а? Зачем ты так постоянно говоришь? - чувствую, что на глаза наворачиваются слёзы, но я всеми силами пытаюсь их сдержать.
Мать резко меняется с лице, когда до неё доходит смысл сказанных мною слов. Она встаёт из-за стола и направляется к выходу из кухни.
- Не говори глупостей! – отмахивается прежде, чем исчезнуть в дверном проёме.
Глава 9
Арсений.
Я зол.
Я очень зол.
Я просто в бешенстве.
Эта вредина опять нагло меня игнорирует. Я уже второй час сижу в этом дурацком ресторане и жду, когда ко мне подойдёт хоть кто-нибудь. Уже не важно, Милана это будет, или кто другой из персонала, лишь бы приняли заказ, потому что когда я голодный, то злой вдвойне.
Неужели Любавина специально подговорила остальных официантов, чтобы намеренно меня игнорировали? Впрочем, неудивительно, для неё творить пакости - это образ жизни. Но ничего, мне терпеть осталось всего три недели, а потом я потребую свою награду. Правда, желание, которой должна будет исполнить Милка, я ещё не придумал. То, ради чего я всё это затеял, загадать не получится, потому что девчонка сразу поставила условия, пресекающие любые посягательства на её честь. Только меня к ней безумно тянет, и это суровая реальность.
Ближе к восьми часам вечера получаю сообщение от дорогого братца, в котором он сообщает, что они с Катюхой из путешествия вернулись. М-да, ненадолго голубков хватило, всего-то полторы недели отдохнули и обратно примчались. Впрочем, зная врождённый трудоголизм Дана, я не сильно удивлён данной ситуацией. Меня больше другое шокировало: брателло меня в гости пригласил. С каких пор добрым стал, может на него черноглазая малышка так влияет?
Только отвлекся и ненадолго забыл, что зверски голоден, Любавина нарисовалась - не сотрёшь. С подносом, полным всякой еды, мимо меня идёт, демонстративно игнорируя.
-Красавица, - задеваю, но она даже не оборачивается. Ладно, на обратном пути я её перехвачу и устрою разбор полётов.
Только эта хитрюга пытается по другой стороне зала меня обойти: фигушки. Встаю и широким размашистым шагом иду к девчонке, которая, увидев меня, заметно ускоряется.
- Любавина, и не думай смыться, - уже довольно привычным движением хватаю девчонку за запястье.
- Астров, иди в жопу! - шипит, руку мою коготками шкрябая.
- Чего?! Ты головой ударилась, почему такая злая? - держу крепко тонкие руки. Пока не объяснит причину своего поведения, не отпущу.
- Ничего! Иди лучше работой займись, муж на час! - выплёвывает и зло глазами стальными сверкает. Ах, вот оно что.
- Ты из-за этого взъелась? Так я же как лучше хотел! - задумался и отпустил девчонку.
- А получилось, как всегда - сложила руки на груди и губки надула. Интересно, обиженку будет строить или опять мстить начнёт? В случае с Миланой даже не знаю, что хуже.
- Ты сбежал, а мне потом два битых часа с мамой объясняться пришлось - пожаловалась
Почему-то смешно стало, и рот ладонью прикрыл, чтобы не заметила, что я ржать вздумал. Но от гневной фурии это не спасло.
- Смешно тебе? Ну, тогда готовься! - пальчиком пригрозила и сбежала.
Посмотрел Милане вслед, развернулся, и пошёл на выход. Желание ужинать в "Samovare" исчезло вместе с Любавиной, поэтому решил поехать к Дану. Может, у братца дома покормят, тем более, Катюха вроде на пэпэшном рационе не помешана.