Иногда она смотрела на улицу, а по ней маршем шли геометрически правильные построения, над которыми реяли красные флаги. То были знамена чужой жизни, которая не впустила Розу в себя, заперев её в скорлупе.
Деградация постигла девочку.
В то время появлялись первые ролевые онлайн-игры, и Роза попала в болото одной из таких. В этой пиксельной трясине она обрела завораживающий дивный мир своих мечтаний и новых инфантильных устремлений.
Играя однажды, она заметила поблизости невероятного персонажа. Это был величественный некромант в черной мантии, с гигантскими наплечниками из заостренных рёбер и длинной белой бородой. Она тут же инстинктивно стала виться вокруг него. Интерес возрастал, и некромант снизошел, и написал ей в чат.
После игры они связались в социалистическом мессенджере.
Его звали Руперт.
У Руперта детство было беззаботным. Он жил сперва в маленьком моногороде, а затем переехал в крупный портовый мегаполис.
Никаких определяющих событий и воспоминаний у него не было. Кроме бесконечных прогулов в школе и остервенелой охоты за самыми новыми и популярными играми, которые Руперт обожал. Он доставал мыслимыми и немыслимыми способами все эти игры и проходил их дома на импортной приставке по нескольку раз, и ходил потом с огромными мешками под своими большими зелёными глазами.
Знакомство было таким внезапным.
Просто он заметил, как какая-то эльфийка вилась вокруг его некроманта и незамедлительно с ней связался, будто кинул в неё какое-нибудь заклинание, и та растаяла, словно пломбир под июльским солнцем.
Общение завязалось быстро и было по большей части бессмысленным.
Подземелья.
Прокачка.
Письмо.
Другое письмо.
Смех, радость, улыбки.
Роза тогда писала ему, что нечто явно будет между ними.
Спустя какое-то время они обменялись фотографиями, и, хотя фотография Розы была крайне нечёткой и закрывала половину лица, они все же нашли друг друга довольно милыми.
Изумлению не было предела.
Теплота общения стремительно поднималась.
_____
Солнечные лучи ударили в это царство покоя.
Комната Розы наполнялась золотом социалистической зари. Рабочие честно трудились в ночную смену, чтобы выковать новый восход небесного светила.
Так воспевали творцы армию тружеников в своих официозных поэмах, и как считала Роза, были в чем-то правы.
Где-то за окном динамик разносил партийную речь.
Слышался гул марширующих по мостовой сапог многих сотен демонстрантов.
В последних классах Роза перешла на домашнее обучение. И теперь никуда не спеша, она изгибала в постели своё аккуратное миниатюрное тело. Но спустя время она все же поднялась, половину лица прикрыли русые локоны, большие зелёные глаза радовались новому дню, а тонкие губы украсила совсем легкая улыбка.
Умывшись, почистив зубки, пропустив завтрак, Роза уселась за свой компьютер.
На экране горел значок уведомления.
Очередное долгожданное письмо от секретного человечка.
Но написано там в этот раз нечто ужасное.
В тот момент появилось приложение, позволяющее совершать звонки по сети, и Руперт непременно решил этим воспользоваться.
Решил.
Воспользоваться.
Мир потускнел в тот момент в глазах Розы.
Вдруг представила она как произносит слово в микрофон, как ей стало плохо, возникший образ её самой стал искажаться и окрасился бордовыми тонами, и все существо залил странный глубинный стыд и страх.
"Но… микро… Ха-ха, да! У меня же его нет", — судорожно подумала Роза.
Пальцы маленьких ручек молниеносно перебирали кнопки белой клавиатуры:
"извини у меня нет микро"
"ахах"
Ожидавший там, в другом городе, на севере страны, Руперт был неприятно удивлен отсутствием у Розы необходимой аппаратуры, но теперь осталось лишь подождать день, пока она не произведен сладостную покупку.
Желание услышать этот голос, который должен быть нежным и приятным слуху уже заранее, переполняло. Руперт быстро набрал ответ:
"хах, ничего страшного, просто докупи его"
"жду, не дождусь, когда услышу твой голос"
"ты клёвая"
Но…
Пройдет день.
И ещё один день.
А Роза так и не купит микрофон.
_____
— Так что ты хотел рассказать мне, сын мой?
— Не выпендривайся, ты ещё не окончил учебу, то же мне тут, поп!
— Ха-ха-ха…
Руперт и Ян сидели на скамейке перед небольшой часовенкой в одном из дворов, что затерялся среди бесконечных желтых домав позапрошлого века постройки. Здесь, среди зелёной листвы, они прятались от уныния этих домин, в которых столетиями гнили нищие студенты, одним из которых стал теперь и Руперт, взявшись за изучение иностранных языков.