— Тебе незачем это делать.
— Но я же твоя мать!
— Со мной все в порядке. Я была ужасно напугана, но теперь все позади.
— Я немедленно выезжаю. И ты не сможешь меня остановить. Твой отец и я не отходили друг от друга, беспокоясь о тебе. Никогда в жизни мне не приходилась слышать более громкого телефонного звонка.
— Ну хорошо, тогда увидимся позже.
Новость об ограблении быстро перелетела через океан, обрастая самыми невероятными слухами. Анна позвонила Скарлет, тотчас связавшейся с Кейт, а та в свою очередь позвонила Летизии, которая немедленно связалась с Кандейс, и та тактично ожидала, когда же Анжелика даст о себе знать.
— О Боже, Анжелика, ты в порядке?! — воскликнула она в телефонную трубку. — Ты даже представить себе не можешь, как же я счастлива вновь слышать твой голос!
— О Кандейс, ты, наверное, сейчас скажешь: «Ну что, разве я тебя не предупреждала?»
— Обещаю этого не делать. Я сейчас же выезжаю к тебе. Девчонки тоже подъедут к обеду, и, пожалуйста, без паники, — еду мы привезем с собой.
— Почему-то меня это нисколько не удивляет!
После того как Оливье отправился на работу, Анжелика принялась рыдать в душевой. Она думала о Джеке, представляя себе, как он лежит на больничной койке, и плакала из-за раковой опухоли, поразившей его легкие. Она вспомнила, что он сказал ей напоследок: единственное, что было важным, это то, что он любит ее. Так почему же тогда она в нем сомневалась? А еще она ревела от злости на то, что он утаил от нее правду и украл ее любовь, не считаясь с ее легкоранимой душой. Неужели он ни разу не подумал о том, как его кончина отразится на ней? Неужели он просто хотел самоутвердиться подобным образом, а затем бросить ее на произвол судьбы? Или же это вообще не имело для него значения, поскольку он понимал, что умрет и больше не будет нести ответственность за разрушенные судьбы?
Анжелика все еще была в купальном халате, когда в дверь позвонила Кандейс. Сани впустила ее, и Анжелика позвала ее с лестницы. Увидев обеспокоенное лицо подруги, она в тот же миг зарыдала еще сильнее.
— Милая, все будет хорошо, — сказала Кандейс, распахнув объятья. — Сердца разбиваются, но их можно починить. — Кандейс была намного выше ростом, поэтому, когда она обняла Анжелику, та почувствовала себя маленьким ребенком. Затем Кандейс проводила ее в спальню.
Анжелика, облокотившись на подушки, свернулась калачиком. Кандейс, сбросив туфли, устроилась на кровати рядом с подругой.
— Ну же, рассказывай, что там произошло?
— Я солгала тебе, Кандейс. Я поехала в Южную Африку с твердым намерением закрутить роман. Я нарочно поддерживала ссору с Оливье, ища оправдание своей измене. Мы встретились с Джеком, как только я переступила порог своего гостиничного номера.
— Ну, вообще-то я об этом догадывалась. — Кандейс тихонько засмеялась. — Я же знаю тебя, глупышка. И вот что я думаю. Можно научить человека знаниям, но нельзя научить его мудрости. Это качество приходит лишь с годами.
— Теперь у меня мудрость старой женщины.
— Да ты и выглядишь соответственно — из-за слез.
— Мне нельзя так выглядеть!
— Это не важно. Мы как-нибудь решим эту проблему, перед тем как явятся остальные.
— Я рада, что они придут.
— Я так и думала.
Анжелика вздохнула.
— Я просто хочу, чтобы все встало на свои места и снова все было так, как раньше.
— Так, как раньше, уже не будет.
— Я была так напугана.
— Погоди, не забегай вперед. Итак, ты встретилась с Джеком в Йоханнесбурге?
— Он остановился в той же гостинице, что и я. Мы страстно любили друг друга, это было идеально — просто божественно, и я напрочь позабыла об Оливье и о детях… — Она опустила глаза, чувствуя себя пристыженной. — Ты была бы удивлена, узнав, насколько же это легко — забыть обо всем.
— Продолжай дальше.
— Джек вернулся на свою ферму, а я продолжала принимать участие в запланированных мероприятиях. Мы снова встретились в Кейптауне, и оттуда он повез меня в Розенбош.
— Так называется его ферма?
— Да, это самый прекрасный виноградник, который мне когда-либо приходилось видеть. О Боже, Кандейс, он напоминает кусочек рая.
— Могу себе представить.
— Но сначала Джек отвез меня на один известный перевал, чтобы полюбоваться закатом. Он захватил с собой вино, и мы пили, смеялись и наблюдали, как небо становится багряно-золотым. Это было потрясающее зрелище. А затем мы поехали к нему домой, и я встретила Анну, его жену. Она спросила у меня, понравился ли мне закат. Это она посоветовала Джеку отвезти меня туда.