На какое-то время Джек замешкался с ответом.
— Я действительно считаю, что она не имела бы ничего против. Послушай, я бы постарался вести себя подобающим образом. Я ее очень уважаю. Мне просто хочется, чтобы ты была рядом.
— Для того чтобы Оливье позволил мне ни с того ни с сего взять и уехать, должна быть очень веская причина. Кроме того, имеются и чисто житейские аспекты, которые ты не принимаешь в расчет. Например, у моих детей нет няни. Кто будет забирать их из школы? Мне не так-то просто уехать, Джек. Моим детишкам предстоит каждый вечер выполнять домашние задания, и если Оливье не уволят, чего мне бы очень не хотелось, мне придется кого-нибудь нанять, чтобы этот кто-то смог подменить меня на время моего отсутствия, а Оливье терпеть не может посторонних людей в доме.
— Тогда это действительно невозможно.
— Мне жаль.
— И мне тоже.
Последовала пауза. Анжелика слышала дыхание Джека. Затем его голос оживился.
— А что ты делаешь завтра вечером?
— Кейт устраивает вечеринку в честь дня рождения своего друга Арта.
— И ты должна туда идти?
— Да.
— А ты не можешь отказаться от приглашения?
— Об этом не может быть и речи.
— Скажи, что заболела, и приходи поужинать со мной.
— Я не смогла бы так поступить.
— И что именно ты бы не сделала?
— Ни того, ни другого. Я не смогла бы солгать своим друзьям и не смогла бы поужинать с тобой. Это было бы безрассудным поступком.
Последовала пауза, во время которой он придумывал план.
— Тогда давай встретимся после вечеринки.
— Даже не знаю…
— Послушай, я уезжаю в пятницу.
— Это слишком рискованно.
— А как насчет пятницы утром? Мы можем снова побродить по парку.
— Один раз нам уже сошло это с рук. Я не могу пойти на это снова.
— Я должен увидеть тебя, Сейдж. Что плохого в том, если два друга встретятся в последний раз?
В этот момент Анжелика услышала, как хлопнула входная дверь. Она вздрогнула и приподнялась.
— О Боже, кажется, пришел Оливье.
— Пришли мне сообщение. Я встречу тебя завтра вечером. Ты можешь уйти с вечеринки пораньше. Мы куда-нибудь пойдем, в бар, например…
— Это опасно.
— Я знаю.
— А вдруг меня застукают…
— Да ведь Лондон — огромный город.
— Как бы не так. — Анжелика слышала, как муж поднимается по ступенькам. — Мне пора, — торопливо прошептала она.
Анжелика услышала, как Джек, не попрощавшись, отключил телефон, и намеренно громким голосом произнесла:
— Ну, мне надо идти, мам, Оливье только что вернулся домой.
Ее муж вошел в комнату в явно дурном настроении, бросил пиджак на спинку стула и ослабил узел галстука. Анжелика слезла с постели.
— Что на ужин? — спросил Оливье.
— Я подумала, что мы могли бы заказать что-нибудь на дом. Что бы ты хотел?
— Что-нибудь из китайской кухни. Позвони в ресторан «Мистер Уинг», я просто умираю от голода.
— Хочешь выпить бокал вина? Лично я хочу.
— Пожалуй, не откажусь. Будь ангелом, сходи и принеси его сюда, пожалуйста. У меня был чертовски тяжелый день. Крайне напряженный. — Оливье вздохнул. — Надеюсь, ты работаешь над своей книгой, Анжелика. Возможно, нам потребуется твой заработок, если меня вдруг уволят.
— Думаешь, это произойдет?
— Все может быть.
— Боже мой, Оливье, но это же просто ужасно!
— Я знаю. Но дела действительно хуже некуда.
— У тебя наверняка все будет в порядке.
— Ты разве не слышала, что я только что сказал? — раздраженно ответил Оливье.
— Слышала, просто я стараюсь не падать духом.
— Вообще-то сейчас не самое подходящее время для столь оптимистического настроения. Если от меня все-таки решат избавиться, у нас возникнут большие проблемы. И твой заработок будет очень кстати.
— Моя новая книга выходит весной.
— Вот и хорошо. Будем надеяться, что она будет пользоваться успехом.
Анжелика, кипя от негодования, спустилась вниз, чтобы заказать еду и налить вина. Она с трудом представляла себе, чтобы Джек, будь он ее мужем, пришел бы домой в таком омерзительном настроении, требуя при этом, чтобы она заказала еду и налила ему вина. Джек восхищался ее книгами и даже прочитал одну из них, в отличие от Оливье. А теперь ее муж еще имел наглость сказать, что ничтожная домашняя индустрия, а именно таковой он считал ее писательскую деятельность, могла вдруг действительно оказаться очень важной. Да, Анжелика знала, что ее книги достойны внимания. И поклонники ее творчества, разбросанные по всему свету, считали точно так же. Даже Джек понимал, — то, что она делает, имеет значение. Если бы Оливье потрудился взглянуть на сумму ее гонораров, то наверняка бы понял, насколько это значимо. Однако, пребывая в неведении, он думал, что по сравнению с его огромной зарплатой банкира ее доходы были словно капля в море.