Очутившись в зале ожидания, Анжелика увидела симпатичную смуглолицую девушку, которая стояла, держа табличку с ее именем, написанным от руки. Анжелика махнула девушке рукой, и та улыбнулась в знак приветствия и двинулась ей навстречу, ловко лавируя среди толпы.
— Привет, я Анита, — сказала она, застенчиво смеясь над своей табличкой. — Извините за это, но я не была уверена, что смогу вас узнать. Добро пожаловать в Йоханнесбург.
Они пожали друг другу руки.
Анжелика пришла в восторг от ее акцента. Он тут же напомнил ей о Джеке.
— Как хорошо очутиться здесь, — искренне призналась она, вдыхая воздух чужой страны и ощущая витавшую в атмосфере сладость запретного плода, который ей не терпелось вкусить.
— Вы выглядите просто великолепно, учитывая то, что полет был продолжительным. Все прошло благополучно?
— Я почти всю дорогу спала.
— Вот и отлично. Значит, вы не очень устали?
— Вовсе нет.
— Зарезервированы все места, и это большая удача. Мы даже вынуждены были кое-кому отказать.
Они прошли через зал аэропорта, вышли наружу и направились к парковке.
Стояла роскошная жара, характерная для середины лета. Они сели в раскаленную машину, и Анита тотчас включила кондиционер. На заднем сиденье лежала целая куча всяких газет и папок, а у ее ног стояла сумка, наполненная бутылками с водой и глянцевыми красными яблоками.
— Это на случай, если вы вдруг захотите пить, — сказала Анита, протягивая Анжелике бутылку. — А сейчас мы направимся в отель «Грейс». Там и вправду мило. Думаю, вам понравится это место. Там прелестный сад позади бассейна, поэтому если вы вдруг решите сегодня после обеда полежать часок на свежем воздухе, милости прошу. В четыре мы поедем в Преторию.
— Да, напряженный график!
— Клаудия очень ясно дала понять, что вы хотите уместить в эти пять дней как можно больше. Насколько я понимаю, вам нужно поскорее вернуться к детям.
— И к разгневанному мужу.
— О, ему не очень нравится, когда вы в отъезде?
— Совершенно верно. Он не терпит изменений в однажды заведенном укладе жизни. Мой супруг очень привередливый человек. Он любит, чтобы все аккуратно лежало на своих местах, и вносит свое видение порядка не только в то, как разложены его рубашки, но и в то, как я веду хозяйство и забочусь о наших детях.
— Ну, тогда вам повезло, что вы уехали.
— Да уж. — Анжелика тяжело вздохнула, наслаждаясь новым для нее ощущением свободы. — И теперь я собираюсь пожить какое-то время только для себя.
— Расстояния полезны для укрепления супружеских отношений. Люди начинают понимать, как сильно они соскучились.
Засмеявшись, Анжелика надела солнцезащитные очки.
— Я уж точно не скучаю по своему мужу!
Она перевела взгляд на утопающие в зелени улицы Йоханнесбурга, с наслаждением впитывая в себя экзотический вид южной природы. Анита организовала для нее обзорную экскурсию по городу, как только они въехали в центр. Первое, что поразило ее, это странное отсутствие людей на тротуарах. Нигде не было мам, толкающих детские коляски, бегунов, держащих путь в парк, ни даже тех, кто выгуливал бы собак. Дома скрывались за высокими, на вид совершенно неприступными стенами, оснащенными острыми шипами и сигнализацией, а у ворот стояли настороженные охранники, с подозрением смотрящие по сторонам. Никто из местных жителей, казалось, не стремился выйти наружу и насладиться видом платановых деревьев и буйством растущей бугенвиллеи.
— Увы, у нас здесь довольно сложная криминальная обстановка. Каждый может рассказать собственную историю. Ситуация очень печальная, и она не становится лучше. Единственное, что можно сделать, — это укрепить свой дом, чтобы он стал таким же безопасным, как крепость. Если вы женщина, не садитесь за руль по ночам, а если это все-таки случается, то не останавливайтесь, даже на перекрестках с роботами.
— Роботами?
— То есть на светофорах. — Анита засмеялась. — Я знаю, иностранцам это всегда кажется забавным.
— Так в этих домах жизнь продолжается?
— За этими стенами вашему взору откроются самые прекрасные жилища, которые вам когда-либо приходилось видеть. Пышные сады с пальмовыми деревьями и бассейны, яркие цветы и экзотические птицы. Людям там живется хорошо. Однако в обмен на все это благополучие они вынуждены жертвовать своей свободой.