— Слышал, ты стала моим личным помощником сегодня?
Она замерла и медленно повернулась ко мне.
— Кто рассказал тебе?
— Не имеет значения, — обойдя кухонный островок, я взял ее за руку и притянул ближе к себе. — Спасибо за помощь сегодня.
— Это было очень…
Я поцеловал ее, и впервые с тех пор как мы познакомились, она на секунду напряглась в моих объятиях. Только когда я обхватил ее попку ладонями, она наконец-то расслабилась и обернула руки вокруг моей шеи.
— Что не так? — спросил я.
Она выдавила улыбку, которая была жалким подобием прежней.
— После этой недели нам следует… я собираюсь прекратить все. Просто хочу, чтобы ты знал.
Кивнув, я вернулся к продуктам, пока она искала штопор. Я был раздражен, но быстро успокоился, как только увидел нашу фотографию, выглядывающую из копии сценария, который я сделал для Фелисити. Я вытащил фотографию и повернулся посмотреть на Фелисити.
— Серьезно, где эта штуковина? — пробормотала она себе под нос, встав на колени, чтобы добраться до нижнего ящика.
Спрятав фото обратно в сценарий, я направился помочь ей.
— Нам следовало сфотографироваться, пока мы были в костюмах вчера, как думаешь? — я открыл посудомоечную машину и вытащил штопор. Затем взял бутылку вина из ее рук и начал открывать.
— Ну да ладно. Впрочем, нам все равно не нужны фотографии, — солгала она, после чего схватила сценарий и убрала его в свою сумку.
Я боролся с желанием улыбнуться. Она так сильно старается оттолкнуть меня, даже несмотря на то, что не хочет этого.
— Точно. Еще одна неделя, и мы закончим, — солгал я и налил ей бокал вина.
У меня есть пять дней, чтобы заставить Фелисити понять, что она не хочет все прекращать. И я тоже.
Глава 13
Милый, еще милее, грешный
Мои ноги болят.
— Тео, куда мы вообще идем? — выдохнула я, шагая вслед за ним. Вытащив бутылку воды из рюкзака, я выпила ее залпом.
Он разбудил меня чуть больше часа назад и сказал, что должен показать мне кое-что. Сначала я рассердилась, но затем согласилась. Встав с кровати, заметила, что Тео уже приготовил мне одежду и ботинки для пеших прогулок.
— Уже почти пришли, — ответил он, останавливаясь рядом со мной, когда я устроила очередной привал. — Мы были бы уже на месте, если бы ты не останавливалась каждые несколько метров.
— У тебя недавно был грипп. Разве тебе не следует отдыхать в постели? Фактически, мы могли находиться сейчас в кровати, а не посреди деревьев.
— Формально, это называется лес, — рассмеялся Тео, а я свирепо уставилась на него. — И свежий воздух полезен для здоровья.
— Независимо от того, что находится за этим холмом, лучше тебе привести меня в восторг, — пробормотала я, проходя мимо него, как будто знала, куда мы идем. — Ох, дерьмо!
— Что?
Я спряталась за спину Тео, позволяя ему увидеть чертовски большую змею, которая только что выползла передо мной.
— Убей ее!
— Как насчет того, что я просто уберу ее с пути? — он потянулся к ветке, но я взяла его за руку.
— Что, если она ядовитая? Ты мне нравишься, Тео, серьезно, но ни за что, черт возьми, я не стану высасывать из тебя яд.
Он рассмеялся.
— Фелисити, она не ядовитая.
Тео взял ветку, с легкостью поднял змею и убрал в сторону, а я оглянулась по сторонам, чтобы удостовериться, что поблизости нет еще какой-нибудь змеи.
— Еще одну новую черту я узнал о тебе. Ты боишься змей.
— Как следовало бы всем. Я беспокоюсь о людях, которые не боятся, — я вздрогнула от отвращения, просто подумав об этом.
— Пойдем, — Тео направился вверх по тропе, и я подошла ближе к нему. — Существует ли кто-нибудь еще, кого ты хочешь, чтобы я убил? Возможно, крольчонка?
— Ха-ха. Не имею ничего против кроликов или кого-то еще, кто имеет четыре конечности. Но змеи, пауки и все остальное в этом роде… однажды я увидела паука в своей ванной, и, честно говоря, подумывала о переезде.
— Слегка неоправданный страх.
— Уверена, ты тоже чего-то боишься, и когда узнаю чего именно, я оторвусь на тебе по полной.
Он посмотрел на меня.
— Почему ты думаешь, что будешь рядом со мной так долго?
Такое чувство, словно он ударил меня по лицу.
— Мы пришли.
— Вау, — я остановилась, когда мы вышли на поляну, располагающуюся на вершине холма. В центре поляны находился гигантский красочный воздушный шар, а внутри корзины стоял мужчина, ожидая нас.