И откуда Мэтт узнал?
— Мой коллега встретился с Джо-Джо, ростовщиком.
Жар отхлынул от её лица.
— Зачем?
— Чтобы помочь тебе.
Чёрт, чёрт, чёрт. Она покачала головой.
— Я не просила у тебя помощи.
— Ты мне нравишься. — Слова прозвучали правдиво, но раздражённый тон не слишком успокаивал. — Я хотел помочь.
Она сделала глубокий вдох.
— Слушай, уверена, в глубине души ты добрый человек, но мне не нужна твоя помощь.
Он моргнул, и эротическое напряжение заполнило комнату.
— Хорошо. Кто расплатился с ростовщиком?
Она выдержала его взгляд и постаралась, чтобы извинения были видны в глазах, говоря, что чем меньше он знает о её прошлом, тем безопаснее. Но с таким парнем это не прокатит.
— Не могу тебе сказать. Прошу, забудь.
На этот раз его чувства — сожаления и облегчения — отразились на лице.
— Итак, мы согласны в том, что есть границы.
Лейни кивнула.
— Нам обоим нужно понять, что наши… э-э-э, отношения временные. — Она повернулась к нему, успокоенная вспышкой голода в его странных серых глазах.
— Справедливо. — Что-то в его тоне намекало на то, что он не закончил поиск правды. — Обещай, что если тебе понадобится помощь, ты попросишь.
— Обещаю. — Да, она снова солгала, и по вспышке раздражения в выражении его лица, он понял это, но прижался губами к её губам. Мэтт целовал её жёстко и зло, прижавшись всем телом и держа её запястья в плену. Мэтт — буря в полной силе.
Наконец, слава Богу.
Желание захлестнуло Лейни, расслабив мышцы и отключив разум. Она должна сторониться этого парня. Но прижималась к нему, а стон вырвался из горла. Услышав его, Мэтт смягчился. Медленный, нежный поцелуй стал опустошительным. Страстный и сладкий, он одурманивал Лейни, заставляя желать и испытывать голод. Может, ещё одну ночь вместе, тогда и покончит со всем этим. Ей придётся. Наконец, он отпустил её запястья и направился к кровати, продолжая ласки губами, пока не уложил на матрас. Нежными прикосновениями Мэтт стянул с неё футболку через голову и расстегнул лифчик, чтобы отшвырнуть его подальше.
— Ты прекрасна, — прошептал он ленивым тоном и с тёплым взглядом.
Ей нужно было сказать правду.
— Мэтт, я…
— Ш-ш-ш. — Он положил руку ей на грудь и сжал. — Ты сказала, что у нас есть это мгновение, и я хочу его. Хочу эту ночь.
Со спутанными мыслями она откинулась на кровать. Одна ночь. Хорошо. Лишь одна ночь.
Мэтт склонился над ней, целуя шею и скользя между грудей, к застёжке джинсов. Зубами он расстегнул пуговицу, и через несколько секунд джинсы и нижнее бельё пролетели через всю комнату. Сердце Лейни сжалось, а ноги задрожали. Утром она не сможет найти одежду.
У неё перехватило дыхание, когда он встал весь такой высокий и грозный, полностью одетый. Она же была полностью обнажена — уязвимая и женственная.
Мэтт стянул футболку, и в тусклом свете стали видны упругие мышцы и старые раны. Она потянулась к нему. Но он покачал головой, от желания и удивления его губы растянулись в лёгкой улыбке.
— Позволь мне поиграть, Лейни. Позволь показать, что ты делаешь со мной. — Улыбка открыла зубы, что послужило эротическим предупреждением, прежде чем Мэтт опустился на колени и прижался к Лейни ртом.
Глава 13
Эта женщина на вкус напоминала солнце и специи, и Мэтт позволил себе на мгновение забыться. То, что она не доверяет ему, причиняло боль, но он понимал. Он едва ли не сказал, что как только уедет из города, они больше не увидятся. Он бы сам себе не доверял.
А пока у них была эта ночь, и он хотел удостовериться, что она её запомнит.
Навсегда.
Поэтому наслаждался и запоминал, как она двигается, какие звуки удовольствия издаёт. Плечами Мэтт раздвинул её ноги, когда прижался ртом к её сердцевине. Лейни дёрнулась, и он положил руку ей на бедро, удерживая на месте. Её вкус затуманил голову, и Мэтт потерялся в этом мгновении. Повернув голову, он прикусил её бедро и скользнул пальцем внутрь, надавливая на точку G. Лейни начала ёрзать, напрягаясь всем телом и стеная. От её стонов у него бурлила кровь. Мэтт жаждал принять Лейни, обладать и обезопасить.
Она задрожала, приблизившись к оргазму. Затем выгнулась ему навстречу, и Мэтт усилил хватку, отказываясь её отпускать. На мгновение он подумал, что именно сейчас мог бы получить ответы — Лейни напряжена, и даст ему всё, что захочет. Но внутренняя сила остановила. Мэтт не стал бы так манипулировать Лейни. Она не часть миссии, и причины, по которым он хотел получить ответы, личные. Мэтт научился не быть равнодушным, и ничто не могло это разрушить. Ему даже не нужно знать правду.