Дождь истерично хлестал по окнам. Свет мерцал, но Лейни было всё равно. Расстегнув джинсы, она помогла Мэтту снять их. Парень снова стал командиром.
— Теперь, кто голый?
Он скользнул рукой вперёд и закружил Лейни, снимая трусики, прежде чем поставить обратно на ноги.
— Ты.
У неё колени задрожали. Боже, он быстр. И силён. Невероятно силён.
— И ты. — Она провела пальцами по нижней части его члена. Этот мужчина отлично укомплектован.
Глаза Мэтта потемнели, в них появилось мужское предупреждение.
— У тебя самые нежные прикосновения. — Запустив руки ей в волосы, он запрокинул её голову назад и завладел ртом. Она приоткрыла рот, чтобы ослабить давление. Мэтт твёрдо завладел её ртом требовательными движениями языка. Его запах окружал и наполнял. Мэтт сильнее сжал её в волосы в кулак, удерживая, но сохраняя контроль. Она тёрлась сосками о его грудь, отчего острые завитки желания скапливались в сердцевине. Боже, ей нужно, чтобы он её заполнил. Она застонала и сжала его талию, пытаясь придвинуться ближе. Ещё ближе.
Он повёл её через квартиру в спальню, не отрываясь от губ. Лейни скользила по гладкому ковру, но позволила ему вести себя, уверенная, что он не даст ей упасть. Они добрались до кровати, и у Лейни подогнулись колени. Мэтт толкнул её на кровать, прижимаясь всем телом. Его член пульсировал именно там, где Лейни в нём нуждалась, поэтому она раздвинула ноги. Его ухмылка стала предупреждением.
— Ты не готова.
— Я так готова, что могу кончить и без тебя. — Она откинула его волосы назад, теряясь во всём этом шёлке. Он скользнул в сторону, пощипывая сосок, прежде чем спуститься вниз и скользнуть пальцем в лоно.
— Я думаю, что ранее ясно выразился
Он говорит? Что-то произносит?
— М-м? — протянула она, ёрзая. Он добавил второй палец, и повернул их, отчего перед глазами заплясали звёзды.
— Ты такая влажная, — протянул он глубоким рокочущим голосом. — И я выразился ясно.
О чём он? Она нахмурилась, пытаясь сосредоточиться, пока он мучил её, не давая кончить.
— Ясно выразился? — выдохнула она.
— Да. — Он наклонился, целуя её в шею. — На колени. Моли. — Он прикусил её ключицу.
Она выгнулась, глубоко вздохнув.
— Нет.
От прикосновения к клитору комната погрузилась в тишину. Он просунул руку под Лейни и перевернул на живот. Плавно и контролируемо Мэтт надавил коленями на тыльную сторону её икр, подтягивая ноги к груди. Одним резким рывком она оказалась на четвереньках.
— О, я так не думаю…
Он вошёл в неё двумя пальцами и задел ногтем клитор. Искры взорвались перед глазами.
— Боже… — простонала она, опустив вперёд голову.
— Не совсем он. — Мэтт отпустил её. Волоски на его бёдрах щекотали ноги, когда он накрыл её, прижавшись к входу членом.
Лейни скомкала простыню в кулаках и оттолкнулась от него.
— Сейчас…
— Нет… — Он просунул руку под неё и обхватил ладонью грудь, ущипнув сосок с таким нажимом, что Лейни захныкала. — Как насчёт сейчас? — Его дыхание у уха словно грех.
Она дрожала от потребности кончить.
— Сейчас самое время, — выдавила она.
Он вошёл в неё жёстко и глубоко. Она вскрикнула, выгнувшись, её лоно сократилось. Он нашёл её клитор, играя, дёргая, мучая. Лейни хотела, чтобы он потёр его и заставил Лейни кончить, но его уверенная хватка не дала. Это уже слишком. Мэтт пульсировал внутри неё, такой большой и так глубоко. Ещё одно прикосновение к клитору.
— Боже, Мэтт, сейчас. — У неё веки затрепетали и закрылись, пока она балансировала на краю пропасти.
— Ты на коленях, как я и обещал. Помнишь остальное? — Он прикусил мочку её уха. — Моли меня, детка. Сейчас.
Она открыла глаза, но мир был размыт. Мэтт поставил её так, как, по его словам, и должно быть, и ей всё равно. Он контролировал ситуацию и крепко держал её. Она не могла пошевелиться. Одно слово, и она могла кончить. Ей нужно это.
— Прошу.
После этого слова из его груди вырвалось глубокое рычание капитуляции. Сила наполнила Лейни. Он мог думать, что контролирует ситуацию, но нуждался в ней так же сильно, как она в нём.
— Давай, Мэтт, — прошептала она.
Лишь горячее дыхание у её уха стало предупреждением, прежде чем он сжал её бедра и начал вколачиваться в тело. Жёстко и глубоко, посылая электрические искры по телу. Изголовье кровати билось о стену, и с каждым толчком он притягивал Лейни обратно к своему паху. Внутри Лейни разлилось столько удовольствия, что перехватило дыхание. Он вошёл глубже, и она взорвалась, выкрикивая его имя. Вспышки огня промелькнули перед глазами. Разрушительные искры пронзали волнами, слишком сильными, чтобы быть удовольствием. Ощущения бомбардировали её, захватывая целиком, забирая всё. Каким-то образом его член стал ещё больше, продлевая экстаз, выжимая из Лейни каждую унцию духа. Замерев, он стиснул её ягодицы сильнее, когда кончил, и её имя было всего лишь шёпотом на его губах.