Мэтт отпустил его, сильно задевая о повреждённую стену.
— Я не хочу тебя бить. Сильно. — Он повернулся и провёл рукой по волосам. — Я знаю, что она работала на командира, Нат, но и мы не ангелы. Хотя она лечила солдат, не хотела никому навредить — даже если многое из этого не нужно было. И она чертовски уверена, что не вживляла никаких чипов в позвоночник. Она отказала, и командир охотится за ней.
— И? — спросил Нат.
Мэтт замер.
— И?
— Да. — Нат поправил кожаную куртку. — Кого, чёрт возьми, волнует, виновна она или нет? Нам осталось жить шесть недель. Узнай правду, получи коды, и вернёмся к заданию. — Какого чёрта ему понадобилось объяснять всё дословно? Он сглотнул. Подождите-ка. Нет. — Ты же не думаешь…
— Нет, — свирепо сказал Мэтт. — Это ненадолго
Нат, тяжело дыша, опёрся спиной о стену. Невозможно.
— Ты только что солгал мне.
Мэтт стиснул зубы.
— Нет.
— Проклятье, Мэтти. Ты только что солгал самому себе. — Нат покачал головой. — Я пытался полюбить кого-то из нашего прошлого… того, до кого добрался командир. Ты знаешь. Это чуть не убило меня.
С Мэттом ничего не могло случиться. Только не с Мэттом. Он непобедим, и должен оставаться таким.
— Ты не можешь оказаться потерянным.
— Знаю. — Мэтт нахмурился. — Со мной всё хорошо.
Но это не так. У Ната свело внутренности.
— У Шейна дела всё хуже. Я люблю Джоси, правда. Но Шейн не спит… и почти ничего не ест. Он поглощён мыслью о том, что командир доберётся до Джоси, если мы умрём. Чёрт, даже если и не умрём. — Нату в жизни нужно очень мало, но Мэтту необходимо быть сильным и цельным.
— Я знаю. — Мэтт понизил голос до измученного тона, которого Нат никогда раньше не слышал. — Я сосредоточен на чипах и на том, чтобы выяснить, что случилось с Джори. — Чувство вины и такая сильная боль наполнили глаза Мэтта, что лёгкие Ната перестали работать.
Нат покачал головой.
— С Джори ты не виноват…
— Чушь собачья, — свирепо сказал Мэтт. — Я обещал, что он никогда не останется один, и он умер без нас. Без…
— Мы все ему обещали, — тихо заявил Нат, и его глаза наполнились слезами. От стыда и опустошения его голос стал хриплым. — Я растил его так же, как и ты. Мы подвели его.
Мэтт опустил голову и закрыл глаза, издав мучительный звук, который не поддавался описанию. Нат отреагировал единственным доступным способом и шагнул к брату, заключив его в объятия. Мэтт отреагировал мгновенно, хлопнув широкими ладонями Ната по спине. На мгновение два самых смертоносных солдата попытались утешить друг друга в вихре боли.
— Мне жаль, что я не смог оплакать его, помочь тебе скорбеть. — Нат выдавил эти слова надломившимся голосом. — Я цеплялся за мысль, что он ещё жив. — Даже сейчас в нём жила крупица надежды. В ту секунду, когда она умрёт, он тоже умрёт.
— Знаю. — Мэтт отпустил его и отступил. — Я стараюсь не надеяться, но не могу сопротивляться. Нам нужно найти его, несмотря ни на что.
Нат вдохнул и отступил, кивая.
— Согласен. — Он сделал несколько глубоких вдохов, успокаиваясь. Время поджимало. — А теперь насчёт Лейни.
Неприкрытые эмоции отразились на лице Мэтта. Реальность ударила Ната по голове сильнее, чем любой удар, полученный в жизни. Жар опалил лёгкие до боли.
— Уже слишком поздно, да? — Мэтт моргнул. Дважды. Нат вздохнул, быстро просчитывая варианты развития событий. — Даже если ты бросишь её, уже поздно. — Его старший брат влюбился, и абсолютно. Безвозвратно. Он покачал головой. — Боже, Мэтт…
— Заткнись, Нат. — Мэтт передёрнул плечами, используя старый трюк, которому всех научил для расслабления. Судя по его упёртой линии подбородка, не сработало. — Я недолго знаю эту женщину.
В глазах мелькнуло отчаяние.
— И что с того? — Нат покачал головой, боль за брата прокатилась по системе. — Мы живём не в реальном мире, не в домиках за белым забором, а так, как живём, — скоротечно, жёстко и кроваво. Жизнь быстротечна, и смерть приходит очень резко. — Он глубоко вдохнул аромат лимонного моющего средства и джина. Джори, скорее всего, мёртв, Шейн чахнул, а теперь и Мэтт потерян. Как, чёрт возьми, Нат всё исправят?
— Если любишь её, то, что уйдёшь, не исправит ситуацию. Поверь, я знаю.
Мэтт посмотрел на него, и боль была ощутимой.
— Ты всё ещё любишь Одри?
— Нет. — Эта женщина обманула, а затем предала. — Но я планирую встретиться с ней, если выживем через шесть недель. Просто чтобы свести счёты. — Просто чтобы доказать, что он больше не любил её. Он же не любил, верно? — Ты любишь Лейни, Мэтти?