Фанф находится в разделе “Ждет критики” - принимаю тапки и помидорки))
========== Глава 38 ==========
Комментарий к Глава 38
включена публичная бета!
заметили ошибку? сообщите мне об этом:)
Удивительно, но мечты сбываются! Я многие месяцы надеялся, что мне представится возможность заняться настоящим строительством, а не только прорубать тоннели под землей. Сегодня мое желание исполнилось и даже больше…
Я стою в центре большого зала, а рядом со мной еще девять человек – мужчин разного возраста. Мы не знакомы, однако у каждого из нас на руке браслеты заключенных, и каждый отобран специальной комиссией, состоящей из действующих членов Гильдии строителей Второго дистрикта. Новое правительство Панема решило провести эксперимент и опробовать особую программу по реабилитации заключенных: после двух с половиной лет обучения трое из десяти человек получат полную амнистию, и с них будут сняты все прежние обвинения.
Для меня это шанс вернуться к семье! Мысленно одергиваю себя: то, что я считаю Китнисс и Колина семьей, еще не значит, что Сойка примет меня под свое крыло. Мы с ней все еще в разводе и за почти три прошедших года не перекинулись ни единым словом. Однако слабая надежда все же теплится в груди.
Я смирился с тем, что не могу без Китнисс: тоска не проходит, а наоборот – с течением времени только крепнет.
Китнисс нужна мне.
Это любовь?
Я не знаю. Стараюсь просто не думать об этом, не искать названия тем чувствам, которые поселились в груди. У меня впереди несколько лет, которые я должен каждую минуту посвящать учебе, а не страданиям по девушке, которой, быть может, совершенно безразличен.
Трое из десяти! Всего трое, но это мой единственный шанс увидеть сына и потрепать его по светловолосой голове. Шанс обнять Китнисс и, прижав ее к груди, упрашивать простить меня за всю боль, что я ей причинил.
Шанс, который я не могу упустить!
***
– Мистер Мелларк, в больничном корпусе проходит ежегодный медицинский осмотр! Вы собираетесь пропустить его? – голос Главы Гильдии эхом разносится по комнате, в которой я нахожусь.
Здесь небольшой музей редких камней и минералов: на столах, накрытых стеклянными крышками, разложены десятки образцов самых причудливых форм и расцветок. Я уже несколько минут внимательно рассматриваю один конкретный камень. Продолговатый, прозрачный, как слеза, но при этом переливающийся всеми цветами радуги от алого до ярко-зеленого и с примесью сине-фиолетовых разводов. Он настолько красивый, что я не могу отвести глаз.
Турмалин, один из редких и дорогих камней, причем его залежи обнаружены только на территории Второго дистрикта – даже славящийся драгоценными камнями Первый не может похвастаться подобным. Если верить надписи возле камня, то подаренный турмалин способен возродить и поддерживать любовь в сердце человека. Красивый камень с красивой историей, но самое удивительное не это – уже несколько месяцев у меня в спальне, в ящике стола, валяется точно такой же камень! Я нашел его, когда бродил по одной из заброшенных шахт Дистрикта. Тогда я решил, что это просто красивая стекляшка, а теперь мне вдруг начинает казаться, что это знак. Будто само провидение подсказывает мне, что я на правильном пути: осталось всего год и семь месяцев, и я смогу попытать свои силы в том, чтобы стать лучшим из учеников. Приз – свобода! Я пьянею от этого слова, оно так желанно, но пока еще так далеко от меня…
– Мистер Мелларк, – требовательно говорит Глава Гильдии, которому я не ответил, увлекшись рассматриванием камня. – Не заставляйте меня повторять дважды! Врач не будет ждать вас вечно!
Извиняюсь и тороплюсь, наконец, в больничный корпус. Гильдия строителей Второго занимает достаточно приличную территорию: здесь три жилых корпуса, еще здание, где непосредственно проходят занятия, и отдельно стоящая одноэтажная постройка, гордо именуемая больницей. На самом деле, максимум из медицинской помощи, которую тут можно получить, – согревающий пластырь во время простуды, или укол обезболивающего на случай, если ноет зуб. Именно поэтому раз в год сюда вызывают квалифицированного врача, который проводит полный осмотр всех, кто живет на территории.
Прохожу в смотровую, раздеваюсь до белья. Мне до сих пор бывает неловко показывать перед посторонними свою металлическую ногу, но стараюсь делать вид, что это не имеет значения. Медсестра, работающая в Гильдии, – женщина неопределенного возраста, всегда злая и неприветливая, бросив на меня скупой взгляд, начинает ругаться:
– Мелларк, вы последний! Думаете, нам заняться больше нечем, чем ждать вас до скончания дней?
– Так мне можно войти, или я зря стою здесь в исподнем? – мне не нравится, когда на меня повышают голос: это раздражает.
Женщина проскальзывает по мне взглядом, демонстративно облизывает пухлые губы – вероятно, она думает, что это выглядит чертовски сексуально, но на самом деле я почти физически ощущаю омерзение от ее рассматривания моего голого тела.
– Проходи, Мелларк, – наконец говорит она, и я тороплюсь исчезнуть прочь с ее глаз.
Едва я оказываюсь в кабинете врача, то замираю на пороге. На меня внимательно смотрит пара очень знакомых голубых глаз. Примроуз Эвердин. «Вот это я называю – неловко», – проносится в голове. Одно дело разгуливать в нижнем белье перед посторонними людьми и совсем другое, когда тебя видит в таком наряде младшая сестра бывшей жены.
– Все нормально, Пит, – улыбаясь, говорит Прим, видимо, поняв мое смущение. – Я сейчас врач, а не просто девушка.
Киваю и перевожу взгляд на мужчину в военной форме, который стоит у стены, – очевидно, охрана для врача: на территории Гильдии симпатичные девушки появляются не часто, так что предосторожность не повредит. «Удача точно не на моей стороне», – думаю я, с ужасом узнавая в солдате Хоторна.
– Очень мило, что я перед вами голышом, а вы при полном параде, – бурчу я.
– Хочешь, мы тоже разденемся? – предлагает Прим, хитро сверкнув глазами.
– Прим! – восклицает Гейл!
– Прим? – удивленно говорю я.
Девушка встает со стула и медленно, очень медленно, расстегивает верхнюю пуговицу халата. Я смотрю на нее во все глаза, не понимая, что задумала чертовка, а вот охотник реагирует быстрее:
– Ты что делаешь, Прим!? – рычит он.
Примроуз прыскает со смеха и, прикрыв рот рукой, чтобы не рассмеяться в голос, садится на место.
– Расслабься, Гейл, все нормально.
Я ошарашено смотрю на этих двоих и не понимаю, что происходит. Девушка так ловко вывела Хоторна из себя, словно знает, на какие кнопки надавить, чтобы вызвать нужную ей реакцию. Только вот зачем Прим привлекать к себе лишнее внимание Гейла?
– Садись, Пит, – предлагает Прим, указывая на стул возле ее стола. – Можешь делать вид, что сегодня ты меня не знаешь – я только врач, хорошо? Мне нужно заполнить твою карту, и чем честнее ты будешь отвечать на вопросы, тем лучше, договорились?
Девушка вмиг превратилась в строго доктора, а я все еще стою перед ней, не соображая, как правильно себя вести.
– Да прикройся ты, наконец! – рявкает Хоторн, кидая мне откуда-то взявшийся белый халат. – Она и так сегодня целый день пялится на полуголых парней, так еще тебя не хватало.
Я не понимаю странных отношений, которые кажутся очевидными мне, но которые, видимо, не понимаю эти двое: Прим старается разозлить Хоторна, заигрывая с пациентами, а он распаляется, как ревнивый юнец.
– Вы вместе? – неловко спрашиваю я, натягивая халат и усаживаясь на свой стул.
– Нет! – хором отвечают они, изобразив на лице вселенский ужас.
– Я несу ответственность за Прим, – поясняет Гейл. – Если с ней что-нибудь случится, Китнисс мне не простит.
Моего относительно хорошего настроения как не бывало. Все последние месяцы я запрещал себе думать о Китнисс, а сегодня мир словно сговорился, чтобы напоминать мне о ней: сначала камень, потом появление Прим и Гейла, а теперь еще и сам охотник упомянул Сойку…
– Конечно, – бубнит Прим, раскладывая на столе ворох бумаг, – Китнисс, Китнисс, Китнисс… Она даже во Втором не спускает с меня зорких глаз. Я не маленькая! – заявляет она, бросив гневный взгляд на Хоторна.