— Мой папа вселился в тело Большого Ротти, — невозмутимо произнесла я.
Джей в буквальном смысле пошатнулся, и ему пришлось опереться о стену.
Со второго этажа спустилась Зания и встала рядом с Копано, недоверчиво глядя на Князя.
Папа кивнул ей.
— Дочь Сонеллиона, прекрасно выглядишь. Сын Алоцера хорошо заботится о тебе в Бостоне?
Она откашлялась и кивнула.
— Да, сэр. Спасибо, сэр.
— Хорошо. Очень хорошо, — его взгляд метнулся к лестнице. — Я вижу тебя, Патти. Может, поздороваешься, или как?
Патти стояла посреди лестницы, схватившись за перила, и смотрела на папу. Ее аура представляла собой смесь восторженного оранжевого с завитками темного и светлого серого.
— Привет, — прошептала она.
Направляясь к ней, папа прошел мимо нас. Взгляд Патти поднялся вверх в поисках его лица.
Несмотря на ее очевидные переживания, ей удалось сказать:
— Ты помолодел и теперь больше похож на современного человека, Джон. Надеюсь, ты не против, что я так тебя называю.
— Можешь называть меня как угодно, малыш.
Уф, пап. Тебе следовало бы лучше контролировать новое тело и его речь.
Было несколько удивительно видеть, как он притянул Патти в свои объятия. Она испуганно усмехнулась и медленно обвила его руками. Я была уверена, что он наслаждался запахом ее волос, а она погладила его по спине. Все это длилось слишком долго, и я уже начала чувствовать себя некомфортно. Все в комнате засуетились. Кайден приподнял бровь, глядя на меня, и я сморщила нос.
Патти, краснея, отстранилась от него и попыталась взять под контроль ауру. Я молилась, чтобы не появился красный цвет, и, к моему величайшему облегчению, его не возникло.
— Что ж, — Патти скрестила руки и отступила назад. — Ты стал несколько...
— Более нежным? — многозначительно предположила я. В комнате послышалось несколько смешков, которые тут же затихли.
Папа повернул голову ко мне и смущенно усмехнулся.
— Моя вина. Никак не могу привыкнуть к телу.
Видимо, в Большом Ротти была и мягкость. В конце концов, он был знаменит не только как гангстер, но и как реформатор.
Патти пробежалась рукой по волосам, стараясь взять себя в руки.
— Что ж, я рада, что паника закончилась. Давайте все вместе вернемся и присядем. Время для десерта. Кто хочет кусочек пирога? — бросила она через плечо, направляясь в кухню.
— О, зашибись! — сказал папа и широко улыбнулся, с самодовольным видом направляясь в гостиную.
Мы все ошеломленно постояли несколько мгновений, прежде чем последовать за ним. Джей не прекращал тупо смотреть вслед моему отцу.
Придется привыкнуть.
— Так где ты взял денег на вещи? — спросила я у папы.
Мы все вместе сидели в гостиной, у нас на коленях стояли тарелки с различными пирогами. За исключением Патти — она слишком нервничала, чтобы есть.
— Перед тем, как высвободиться из старого тела, я оставил деньги в шкафчике на станции Юнион. Еще одна причина, по которой мне нужно было найти новое тело в Вашингтоне.
— Может, если бы вы могли хоть немного изменить внешность, сэр, — предположила Марна. — Носить что-то, чего бы Большой Ротти надевать не стал?
— Ага, — сказал папа, кивая. — Нужно раздобыть костюм. Джентльменский. — Когда он ухмыльнулся, я поняла, почему он пользовался такой популярностью у женщин. Под глазом у него был широко известный шрам от драки на ножах, а на шее — от пули, но он обладал той мошеннической притягательностью, которая заставляла вас таращиться на него.
— Я могу снять с тебя мерки, — предложила Патти. — Отправим одного из ребят купить тебе одежду.
— Я пойду, — сказал Копано.
— Отлично, — Патти схватила пульт и включила телевизор. — Посмотрим, не упоминали ли о случившемся в новостях.
Пока ничего не было. Может, полиция держала все в тайне.
Я посмотрела на пустую тарелку Кайдена. Он брал себе три кусочка пирога — вишневый, тыквенный и яблочный.
— Какой пирог понравился тебе больше всего? — прошептала я ему на ухо.
Его глаза встретились с моими, и я почувствовала, как по шее побежали мурашки, а лицо покраснело. Но тут поняла, что папа наблюдает за нами, бросая на Кайдена убийственные взгляды.
Кайден моментально исправился:
— Хм, лаймовый — мой любимый, малыш.
— О, — сказала я.
Папа отвернулся, и Кайден послал мне взгляд, говорящий «упс». Я подавила смешок. Патти подошла сзади и поцеловала Кайдена в макушку.
— Как дела, сынок? — спросила она.
Он наградил ее мальчишеской улыбкой и сказал: