- Милая моя, ты же не думала, что я больше никогда не притронусь к тебе и не потребую исполнения супружеского долга? – улыбка превратилась в хищный оскал, заставляя Таню поежится, - я все понимаю, стресс, разлука со мной, последующее наказание, которое, согласись, - он выставил палец вперед, словно отчитывал провинившегося ребенка, - ты заслужила. Я дал тебе время, чтобы прийти в себя, и привести в порядок все то, что я просил. Видишь, какой я у тебя заботливый, - голос Андрея был ласковым, плавным, словно он хотел ввести Таню в некоторый транс, однако, когда она на последних словах недовольно поморщилась, тон его стал холодным, с нотками стали, - Но я не железный, и пришло время отблагодарить меня за доброту.
Забыв про наготу, Таня выбралась из ванной, которая благо не была приставлена к стене, а находилась почти посреди комнаты, и замерла напротив Андрея, уже расстёгивавшего рубашку, думая, каким образом ей обмануть его и добежать до двери. Но шанс представился сам, Андрей, увлеченный разглядыванием ее обнаженного тела, по которому стекали капли воды, на несколько секунд отвлекся от разговора, давая жене тем самым фору. Не мешкая Таня бросилась прочь из ванной, по пути схватывая со стеллажа подготовленное заранее полотенце, а затем метнулась к двери, ведущей из их спальни в коридор. Но удача повернулась к ней спиной – дверь была заперта на ключ. Паника захватила девушка, выбивая из легких весь воздух. Она в ловушке.
Замотавшись в полотенце и посильнее прижав его к груди, Таня с ужасом наблюдала за выходящим из ванной Андреем, державшим в руке злополучный ключ.
- Я слишком хорошо тебя знаю, Танечка, - ее имя мужчина, оказавшийся уже без рубашки, промурлыкал, но сделал это так, что Таня вздрогнула от страха, - думаю ты тоже смогла за 6 лет нашего брака понять, что мне нравится, - пауза, а затем со злостью, - а что нет.
Карафьева буквально вжалась в дверь, в надежде слиться с ней, лишь бы только избежать даже капли того, о чем, она уверенна, сейчас думает ее муж.
- Пожалуйста, - взмолилась она. Сейчас ей было наплевать, что она показывает свою слабость перед ним. Таня была на что угодно, лишь бы избавится от похотливого взгляда и ладони схватившей ее сзади за шею.
- И ты знаешь, что я терпеть не могу, когда ты непокорная и выкидываешь подобные фокусы, - цедит он сквозь зубы в миллиметре от ее лица.
Резким движением Андрей толкает ее к кровати. Потеряв равновесие, Таня падает на шелковые простыни, лицом вниз, но тут же переворачивается на спину, чтобы видеть своего мужа, который тут же нависает сверху. В глазах пляшут черти, губы изогнулись в хищном оскале, а руки уже во всю шарят по девичьему телу. Карафьева прижимает полотенце к себе еще крепче, однако это только злит мужчину. С рыком он срывает мокрую тряпку и отшвыривает ее в сторону.
- Пожалуйста, не надо, - едва слышно просит она, но вместо освобождения, она чувствует, как хлёсткая пощечина буквально оставляет след на ее щеке.
- Молчи, - цедит сквозь зубы Василевский, - думаешь я не знаю, чем ты занималась все эти месяцы? Не знаю о твоих шлюших похождениях? – его пальцы больно впиваются в щеки и с силой сжимают их, - думала я не узнаю, что ты не от меня скрывалась, а пригревала себе место возле нового, молодого мальчика с кошельком? Паскуда, - а затем впивается в ее губы поцелуем.
В горле встает ком, а из глаз, против воли текут горькие слезы унижения. Поцелуй Андрея жадный, грубый. Он приносит с собой только боль и ни грамма удовольствия. В его лихорадочных прикосновениях, только злость, желание и холод. Таня еле сдерживает рвотный позыв, когда рука мужа касается ее между ног, дабы не сердить его еще больше. Он как обычно намеренно задевает не зажившие синяки, причиняя ей еще больше боли и страданий. Василевский разом входит в нее на всю длину, даже не убедившись, что она готова. Таня вскрикивает он саднящего ощущение между ног и пытается оттолкнуть от себя мужа, но тут же получает ответный удар по щеке. Андрей скручивает ее руки над головой, держа их за запястья широкой ладонью, а вторую запускает в волосы и с силой дергает у корней. Животным поцелуем мужчина впечатывается в губы сопротивляющейся девушки, а затем с силой кусает за нижнюю и оттягивает ее. Во рту появляется привкус железа, заставляющий Таню сдерживать очередной позыв, а вот Андрея наоборот растянуть губы в довольной улыбке.
- Ну ничего, я выбью из тебя эту дурь! Ты моя жена! – рычит он, а затем с отвращением добавляет, - А вот за измену ты заплатишь.
Быстрые, грубые толчки, укусы по всему телу и прикосновения, которые не доставляют ничего кроме боли и страдания – Таня больше не в силах выдержать это. Повернув голову набок, она замечает на туалетном столике фотографию со школьного выпускного, на которой ее обнимают родители, а где-то вдалеке, среди остальных ребят маячит знакомый ежик волос, который она с легкостью узнала даже спустя 9 лет.