– Я тоже, – согласилась Джесси. – Жаль, что все это оказалось аферой.
Позже, днем, Джесси вошла в холл здания, где размещался ее офис. Как обычно, сквозь дверь в офис Алекса виднелось зеленоватое сияние. Она просунула голову к нему в комнату и улыбнулась, увидев Сюзан Эттвуд и Алекса, склонившихся перед компьютером.
– Что вы тут такое делаете? – спросила она.
– Привет, Джесси, – застенчиво улыбнулась Сюзан.
Алекс оглянулся через плечо, сощурив глаза от яркого света, проникающего из холла.
– Привет, Джесси. Мы с Сюзан просматриваем некоторые файлы ПСЗ для полиции. У тебя там наверху посетительница.
– Надо же. Новая клиентка? Как быстро распространяются новости.
– Не обольщайся. Это твоя тетя Гленна. Джесси сморщила нос.
– Наверняка пришла спросить меня, понимаю ли я, что делаю, собираясь выходить замуж за Хэтча. Наверное, мне лучше ее убедить. По крайней мере она на этот раз не вызвала меня к себе в офис, чтобы произвести допрос.
Алекс пожал плечами и повернулся к экрану.
– Напусти на нее Хэтча, если она станет к тебе приставать. Он умеет разделываться с подобными вещами.
Сюзан согласно кивнула:
– В самом деле, почему бы тебе не обратиться к нему?
– Я сама могу разобраться со своей семьей, большое спасибо. – Джесси вышла и закрыла дверь.
Когда она поднималась по лестнице на второй этаж, ей пришло в голову, что все вроде забыли, что именно она организовала спасение Сюзан Эттвуд. Надо было ей как следует подумать, прежде чем разрешать Хэтчу ехать с ними. С этими прирожденными лидерами всегда так. Они привыкли отдавать приказы, а люди привыкли этим приказам подчиняться. И в результате все считается их заслугой. Естественным путем. Никто не вспоминает, кто обмозговал всю операцию.
Джесси толкнула дверь и вошла в офис. Тетя Гленна стояла у окна, глядя на улицу. На ней был отутюженный строгий серый костюм с бледно-голубой блузкой и туфли на низком каблуке. Когда она повернула голову, Джесси обратила внимание, что взгляд ее глаз за стеклами очков в черной оправе еще более суров, чем обычно.
– Вот и ты, Джесси. Твой приятель снизу впустил меня. – Гленна взглянула на часы. – У меня мало времени.
– Садись, тетя Гленна. – Джесси плюхнулась в кресло за письменным столом и решила сразу перейти в наступление:– Полагаю, ты хочешь поздравить меня с помолвкой?
Гленна так и осталась стоять у окна.
– Тут не до шуток, Джесси, – мягко проговорила она.
– Извини.
– Естественно, я беспокоюсь, понимаешь ли ты, что делаешь. Остальные члены семьи в последнее время сильно на тебя давили, настаивая на этом браке.
Джесси улыбнулась и откинулась в скрипучем кресле. Взяла карандаш и принялась постукивать кончиком по столу.
– Все в порядке, тетя Гленна. Можешь мне поверить, я приняла это решение самостоятельно. Я понимаю, что делаю, и делаю я это не для того, чтобы угодить семье. Но спасибо тебе за беспокойство. Гленна задумчиво кивнула.
– Я этого боялась. Ты делаешь это для себя, так?
– Да.
– Я начинала уже подозревать.
– Что подозревать? – нахмурилась Джесси.
– Странно как-то, если подумать. Но я никогда не предполагала, что тебя может так захватить мысль стать наследницей Винсента. Мне всегда казалось, что тебе эту роль навязывают и что она тебе не по нутру. Я предполагала, вспоминая твое раннее детство, что твоя привычная роль семейного исполнителя заставляет тебя согласиться с этим, но я никогда не думала, будто это тебя привлекает. Никогда не подозревала, что для тебя так много значат деньги и власть.
– Деньги и власть? Ты о чем говоришь?
– Мне всегда казалось, что ты попала в ловушку. Мне даже было тебя жаль. Хотелось помочь тебе освободиться. Но теперь очевидно, что ты попала в эту ситуацию по своей собственной воле.
Джесси потрясенно выпрямилась.
– Тетя Гленна, о чем ты говоришь? Я выхожу замуж за Хэтча не для того, чтобы получить контроль над компанией. Это интересует меня меньше всего.
– Ты уверена, Джесси? Загляни-ка в себя поглубже и спроси, почему ты на самом деле хочешь выйти замуж за Сэма Хэтчарда. Может быть, тебе стала нравиться твоя роль в семье? То, что началось с попыток привязать Винсента к семье, теперь стало способом навязывать свою волю? Глаза Джесси расширились.
– Ты сошла с ума, тетя Гленна. – Она сообразила, что произнесла, и смущенно покраснела. – Прости, я подразумевала – в переносном смысле.
– Джесси, спроси себя, не выходишь ли ты замуж за Хэтча лишь потому, что рассчитываешь через него контролировать компанию? Так ты будешь иметь все. Власть, по праву принадлежащую наследнице Бенедикта, и никакой ответственности, связанной с управлением компанией.
– Ради всего святого. – Джесси бросила карандаш на стол. – Даже если бы я выходила замуж, чтобы обеспечить свое положение папиной наследницы, я была бы дурой, если бы рассчитывала контролировать компанию через Хэтча. С Хэтчем эти номера не проходят.
– Возможно. Но ты убедила себя, что можешь с ним справиться. Вероятно, ты решила, что можешь крутить им так же, как ты всегда крутила отцом.
– Я не крутила папой.
– Конечно, крутила. Ты – единственная, кто мог это делать, и все в семье это знают. Потому ты и стала посредницей. – Голос Гленны звучал спокойно и отстраненно. Психологический авторитет семьи Бенедиктов выносил свой приговор.
– В тех редких случаях, когда он ко мне прислушивался, – резко закончила за нее Джесси. – Я могу иногда привлечь его внимание и заставить поступить правильно. Но только потому, что я не отступаюсь сразу и готова с ним бесконечно спорить. Ты знаешь не хуже меня, что иногда и этого недостаточно.
– Но по большей части срабатывало, так ведь, Джесси? Реальная власть в этой семье в твоих руках. Он сделал тебя своей единственной наследницей. Мы все должны обращаться к тебе, если нам что-то надо от Винсента. Чтобы сохранить и укрепить эту власть, все, что тебе нужно, – это выйти замуж за того, кого подобрал для тебя Винсент. Мне давно надо было понять, что ты стремилась именно к этой цели. – Гленна направилась к двери.
– Тетя Гленна, подожди. Я не понимаю, к чему ты все это говорила. Почему ты так расстроена из-за моего брака с Хэтчем? Так компания останется в семье и сможет расшириться, а ведь и ты, и мамы всегда этого хотели.
– Не говори глупости, я вовсе не расстроена.
– Нет, расстроена. Я чувствую. – Джесси вскочила на ноги.
– Мне только хотелось, чтобы ты проанализировала свои мотивы.
– Я выхожу замуж за Хэтча, потому что люблю его.
– Ерунда. Не надо притворяться, черт возьми, Джесси. Никто не выходит замуж по любви. Мы наклеиваем этот ярлык, чтобы прикрыть другие, более существенные мотивы: власть, деньги, контроль, надежность, секс. Вот настоящие причины, по которым люди женятся. Сделай себе одолжение и реши, по какой из этих причин ты выходишь замуж за Сэма Хэтчарда.
– Я его люблю.
– Да что ты говоришь? – Казалось, тетя Гленна забавляется. – А он тебя любит?
Джесси замерла.
– Думаю, что да. Да. Разумеется.
– Он тебе говорил, что любит? Джесси задрала подбородок.
– Это очень личный вопрос, тетя Гленна. Я могу на него не отвечать.
– Ну конечно. Во всяком случае, мне. Послушай моего совета, Джесси. Будь осторожна, если Сэм Хэтчард скажет, что любит тебя, потому что такие люди, как он, пойдут на все, скажут что угодно, сомнут кого угодно, только бы заполучить желаемое. А он хочет «Бенедикт фастенерз». И использует для этого тебя.
– Это неправда!
– К несчастью для всех нас, Винсент сделал это правдой. Никто не может помешать тебе выйти замуж за Сэма Хэтчарда, Джесси. Но как долго ты сможешь жить фантазиями? Как долго сможешь уговаривать себя, что Хэтчард женился бы на тебе, не принеси ты ему в качестве приданого «Бенедикт фастенерз»?
– Тетя Гленна, это несправедливо.