Я киваю в знак согласия и смотрю на себя, отпуская его член и видя, как он немного дрожит.
– Ты снова пометил меня, – пальцем я кружу над поблеклой красной отметине на левой груди и вижу, как он изучающе смотрит на меня.
– Думаю, тебе нравится, когда я тебя помечаю.
Я кладу палец в рот.
– Я люблю, когда ты меня помечаешь.
Риз слезает с кровати и исчезает в коридоре, когда я смотрю на свой липкий беспорядок. Это действительно горячо, видеть, что я заставила его это сделать. Пометить меня частичкой себя. Интересно, делал ли он это раньше. Нет, прекрати, Дилан. Он возвращается через несколько минут с небольшим полотенцем в руках и начинаем вытирать меня.
– Это было потрясающе, знаешь, – улыбаясь, говорит мужчина.
– Я знаю. Сейчас я хочу на тебе оставить метку.
Он выгибает бровь, когда, бросив полотенце на пол, быстро целует оба моих соска.
– Ты? Чем? – мои глаза сканируют комнату и останавливаются на блокноте, лежащем на комоде с ручкой сверху. Я быстро спрыгиваю с кровати, хватаю ручку и залезаю на кровать, и толкаю Риза на спину. – Ты собираешься рисовать на мне?
– Нет, не рисовать. Просто кое-что напишу, но где? – я осматриваю все его красивое тело, пока кусаю зубами колпачок ручки. – Я имею в виду, что на самом деле, твое тело слишком красивое для татуировок. Ты когда-нибудь думал сделать хоть одну?
Риз пожимает плечами.
– Не знаю. Я не против этого. Что ты собираешься написать?
– Терпение, профессор, – он приглушает смех, когда я откидываю его руку и начинаю писать на внутренней стороне его бицепса. Чернила темные, темно-синие, когда я чрезмерно девчачьим почерком вырисовываю слова и улыбаюсь себе.
– Кажется, ты очень наслаждаешься собой. Почему ты выбрала это место?
– Потому что я люблю твои руки, и эта сторона как бы скрыта. Мне нравится думать, что я единственная, кто знает, что здесь это есть. Только для меня.
– Ты так говоришь, будто она останется там навсегда.
Я пожимаю плечами.
– Я могу переписывать ее каждый день, если придется, – перечитываю слова и обвожу еще раз, чтобы сделать их еще темнее, когда чувствую на себе его взгляд. – Ты изучаешь все так же, как изучаешь меня?
– Нет. К сожалению, не все в моей жизни такое захватывающее, как ты.
– Я двадцатишестилетняя пекарь, которая прожила всю свою жизнь в южной части. Как это может быть захватывающим?
– Я не знаю, просто так и есть. И ты изучаешь меня так же, как и я тебя, поэтому могу задать тебе тот же вопрос.
Вывожу буквы еще раз.
– Ну, ответ должен быть очевидным. Я ищу нового парня, который будет заниматься моими налогами, – наклонившись, я осторожно дую ему на руку, подсушивая чернила. – Все, готово.
Риз поднимает голову и смотрит на свою руку, слова «Хочу ли я знать?» выведены на нем мною. Он изучает их мгновение, потянув нижнюю губу в рот, и я наблюдаю, как трепещут его длинные ресницы.
– Мне нравится твоя метка.
– Мне тоже, – я бросаю ручку на комод и устраиваюсь рядом с ним, натягивая на нас покрывало. Риз обхватывает меня рукой за талию и закрывает глаза, его дыхание замедляется до мягкого ритма, пока я за ним наблюдаю. Не занимает много времени, прежде чем осознаю, что он спит. Грудь медленно поднимается и опускается, ресницы трепещут, как будто он в середине сна, а губы слегка приоткрыты, чтобы он мог дышать через рот. Я изучаю его в течение нескольких минут, а затем минуты перетекают в часы. Я так смехотворно счастлива в этот момент, что когда начинаю тихонько плакать рядом с ним, я не знаю что думать, кроме того, в чем я готова сейчас себе признаться. Что я безумно влюблена в этого человека. Я люблю все в нем. От мельчайших деталей, таких как маленькие морщинки рядом с его глазами и разрез, который тянется вдоль его нижей губы, до того, что я, кажется, могу вдохнуть полной грудью только тогда, когда Риз рядом. Мне нравится слова, которые он говорит мне, и взгляд, которым он одаривает только меня. Мне нравится, как я ощущаю его присутствие, и как мое сердце бьется в груди, когда, наконец, наши глаза встречаются. Я люблю его. Только его. И слезы, которые я позволяю себе пролить, это из-за беспокойства, что он не ответит на мои чувства взаимностью, и из-за того, что я, наконец, готова позволить их себе чувствовать. Так что я позволяю своим слезам катиться, потому что я отрицала свои чувства к нему с того момента, как упала к нему на колени, и потому что я глупая девчонка, которая завтра превратится в храбрую женщину, и, наконец, расскажет ему, что я чувствую. К черту отношения без обязательств. Я так устала от этого дерьма.