– Боже мой, Дилан. С тобой могло случиться что-нибудь ужасное. Тебя могли изнасиловать или убить. Господи Иисусе, не могу поверить, что ты звонишь нам только сейчас, – тирада моей матери продолжается добрых десять минут, прежде чем мне удается вставить хоть слово.
– Я знаю, знаю. Прости, что не позвонила вам. Но я в порядке. Ничего не произошло, и мы почти уверены, что знаем, кто это сделал, и полиция уже разыскивает ее.
Тупоголовая рыжая стерва.
– Ее? Это была женщина? Какая женщина будет бросать кирпич в витрину магазина? Куда катится этот мир?
– Просто какая-то бывшая подружка Риза, мам. Слушай, все в порядке. Сейчас идет ремонт окна, также сегодня установят систему безопасности. Мне просто нужно поговорить с папой о том, чтобы поставить дверь, чтобы отделить мой лофт от пекарни, – что, на самом деле, мне нужно было сделать пару лет назад. Просто я не чувствовала необходимости сделать это до сих пор. Или я могу завести сторожевую собаку. Нет, это будет очень негигиенично, по отношению ко всей выпечке.
– Бывшая девушка? Хм, женщина насмехалась, не меньше. Ну, по крайней мере, ты в безопасности, и это, наконец, заставило тебя обзавестись хорошей системой сигнализации. Давно надо было, – она энергично выдыхает. – А вот и твой отец. Билл, полегче с ней, она в порядке.
– Дилан, дорогая, с тобой все хорошо? – голос моего отца невероятно спокоен, по сравнению с голосом мамы, но это всегда было его чертой. Я, определенно, получила свою вспыльчивость от женщин в нашей семье.
– Да, папа, я в порядке. Но мне нужно установить дверь перед лестницей со стороны кухни. Как мне это сделать?
Он сразу же переходит в режим отца и говорит, чтобы я не беспокоилась об этом: он сам отправится в хозяйственный магазин сегодня и купит мне дверь. Когда я говорю, что могу справиться с этим сама, папа быстро затыкает меня, и я позволяю ему. Не думаю, что мой отец любит делать что-то больше, чем то, что будет держать меня в безопасности. После того, как меня уверяют, что об этом позаботятся сегодня же, я вешаю трубку, пишу Джои, чтобы он выезжал, и прыгаю в душ.
Я наслаждаюсь шампунем и гелем для душа Риза, позволяя пару создавать облако его вкуснятины вокруг меня, пока моюсь. Удивительно, но я совсем не нервничаю по намерению сказать ему, что люблю его. После вчерашней ночи, того, как мы занимались любовью, когда он сказал мне, что я заставляю его хотеть вещей, которых он никогда не хотел, я чувствую обязанность сказать ему эти слова. Я быстро надеваю джинсы и милый топ, когда стук в дверь заставляет меня нестись через всю квартиру, чтобы открыть. Открываю и смотрю на своего помощника.
– ААА! Я таааак взволнован. Пожалуйста, позволь мне быть там, когда ты скажешь ему это.
– Что? Нет! Это интимный момент. Ты сможешь подождать снаружи, – я скольжу в свои ботинки и хватаю свой телефон и запасной ключ, что мне оставил Риз. Надев его на связку своих ключей, я запираю за собой квартиру. – Хорошо, давай займемся этим дерьмом, пока я не потеряла самообладание.
По пути в офис Риза мы заехали в пекарню. Люди, что отвечали за замену стекла, уже заканчивали и дали мне несколько бумаг на подпись, прежде чем помыть окно и уйти. Мы с Джои смотрели, как парни из компании по безопасности снимали и ставили охранную систему, давая нам код и несколько форм для подписи, прежде чем тоже уехали. Моя мама отправила мне сообщение, что папа купил дверь с безумным количеством замков, и приедет позже сегодня, чтобы ее установить. Мне не надо было оставаться, чтобы дождаться его, потому что кроме меня и Джои, у моих родителей тоже был ключ от пекарни. Итак, после того, как мы сели в машину Джои, мы поехали к зданию «Уокер и партнеры».
– Как сильно ты сейчас нервничаешь? – спрашивает он, когда я сижу в машине и пытаюсь выяснить, куда, черт возьми, исчезла вся моя храбрость. Мы припарковались, по крайней мере, десять минут назад, а я так и не сдвинулась с места.
– Ох, сильно. Может, это плохая идея?
– К черту это, – мой ремень безопасности отстегнут для меня, когда друг тянется через мое тело и открывает для меня дверцу, быстро, но нежно толкая меня вон из машины. – Иди и сделай это, Дилан. Этот мужчина отчаянно в тебя влюблен. Это написано на его прекрасном лице. Но боюсь, тебе придется первой сказать это. Черт возьми, я ставил деньги на Риза, что он будет первым, кто признается, но ты... – я быстро провожу пальцами по волосам и слабо улыбаюсь. Я уверена, что он имеет в виду именно то, что и говорит, маленькое пари между ним и Джулс. Она никогда не перестанет напоминать ему о том, что он проиграл.