«Сейчас крепкая любовь редко кому достаётся.
Будешь ли ты, будешь ли ты той единственной, которую я всегда знал.
Когда я теряю контроль, город начинает вращаться.
Ты единственная, кто знает, как замедлить его».
Проклятье, эти слова. Я не уверена насчет него, но они определенно надавливают на каждую эмоциональную кнопку в моем теле. Риз стонет напротив меня, и я закрываю глаза, ощущения проходят через мое тело словно ток. Губами он втягивает мой клитор в рот, и я кричу, не в состоянии больше сдерживаться.
– Риз, – я задыхаюсь и двигаю бедрами напротив его рта, когда долго и жестко кончаю. Его язык поглощает каждую унцию моего возбуждения, медленно и робко, удерживая на грани очередного оргазма. Постепенно освобождая, мужчина прокладывает сладкие поцелуи на внутреннюю часть моих бедер, и я смотрю на него. – Иди сюда.
Он ползет по моему телу и устраивается между моих ног, глядя мне в глаза, Риз позиционирует себя у моего входа. Я чувствую его прямо здесь, и знаю, что малейшее движение поспособствует тому, что он проскользнет в меня. Но Риз не двигается. Он руками обхватывает мое лицо, и я смотрю на него, улыбаясь, когда слышу начало песни.
– Мне нравится эта песня.
– Мне тоже, – шепчет он, наклоняясь и прокладывая поцелуи за ухо. Один медленный толчок, и он во мне, я крепко сжимаю его спину, задыхаясь и цепляясь за него. – Черт, – говорит Риз мне в ухо, прежде чем приподнимает верхнюю часть своего тела. Удерживая мой взгляд, он начинает медленно двигаться, его бедра мягко вонзаются в мои. Я пристально смотрю на его грудь, она напрягается с каждым толчком, мышцы живота сжимаются от его движений. Риз никогда не был так неспешен со мной. Это совсем другое, совсем не то, чем мы занимались раньше. Интимность льется прямо из него в меня, и я чувствую его везде. Его глаза, мягкие и теплые, проникают в мои и передают невысказанные слова, о значении которых я молюсь не ошибиться. Я хочу сказать ему так много вещей прямо сейчас, когда он ласково гладит меня изнутри, нежно входит и выходит из меня, но я этого не делаю. Я обхватываю его ногами и разрешаю себе почувствовать это.
– Скажи мне, что ты никогда не делал этого раньше, – шепчу я и вижу, как его глаза расширяются. – Что ты никогда не занимался любовью ни с кем, кроме меня.
В его ответе нет никаких сомнений.
– Никогда. Это все ты, Дилан. Только ты, – я обхватываю его лицо и притягиваю для поцелуя. Наши стоны заглушаются ртами друг друга и музыкой, которая играет вокруг нас. Его дыхание учащается, когда он убирает мои руки со своего лица и, переплетая наши пальцы вместе, кладет их по обе стороны от моей головы. Мне нравится, когда он так делает с моими руками. Это такое действие, типичное для парня. Мое дыхание учащается, когда его язык работает напротив моего. Медленные и устойчивые толчки, я пульсирую вокруг него и пытаюсь не закончить это слишком рано. Занятие любовью с этим мужчиной превзошло все мои ожидания. Риз увеличивает свой темп, толкаясь все глубже и сильнее, и я близко, так близко, но хочу, чтобы он взорвался вместе со мною. Мне нужно это, как наркотик.
– Кончи со мной, – умоляю я, и он падает своим лбом на мой и громко стонет. Я взрываюсь от взгляда, который Риз посылает мне, и сжимаюсь вокруг него; дрожу напротив него и чувствую, как его жар согревает меня.
– Дилан, – шепчет он мое имя вместо обычного стона, когда кончает, наполняет меня и замирает, затем падает на меня и остается неподвижным, пока я впитываю его и то, что мы только что сделали. Наше дыхание неровное и громкое; он дышит мне в шею, а я ему. Меня не волнует, что от его дыхания мне становится еще жарче, не волнует, что его бедро впивается в мое, вызывая боль в области таза. Я не хочу двигаться. Никогда.
– Это было... – я начинаю говорить, но не заканчиваю, потому что у меня нет слов.
– Да, это было... – Риз быстро целует меня в губы, прежде чем соскользнуть с кровати и сделать музыку потише. – Тебе не больно? – я поднимаю глаза, чтобы встретить его взгляд. В его серьезном выражении также можно увидеть немного колебания.
– Нет, все идеально. Это было идеально, – это было за гранью идеального. Я поднимаю руки над головой и растягиваюсь, когда он обратно ползет на кровать, и, устроившись на боку, притягивает меня к себе.
– Привет, – шепчу я.
– И тебе привет, – его милая улыбка растягивает губы.