― Как в чем?! Он же переступает через моделей, как через фантики. Это общеизвестный факт, что он трахал всех своих подопечных, а особо успешных… Говорят, у него бывают специфические предпочтения в сексе — даже групповой, ― прошептала я как можно тише и покрылась краской смущения. ― Он — дьявол, которому отчаянные модели продают душу.
Джо на это лишь фыркнула и сказала, какая я дуреха. Она не была заинтересована в этой сфере жизни, поэтому не копалась по пять часов в биографиях самых влиятельных людей модельного бизнеса. А я копалась. И Виктор Хьюз представлял собой большую загадку. Либо он был совсем не обременен никакими нравами, либо это было грамотно выстроенное поведение, не дающее усомниться в том, что он алчен до душ и тел молоденьких девчонок, готовых на все ради света прожекторов и обложек ведущих журналов. Я не причисляла себя к их числу – не была готова на все – и я никогда не попаду в сети Виктора Хьюза, не стану новым фантиком в его руках.
***
— Джо-о, — позвала подругу я, она как раз выходила из ванной с полотенцем на голове, — не хотела бы ты сделать себе трафаретное окрашивание?
— Чего? — крикнула она, пытаясь быть громче своей любимой Селин Дион и доставая фен.
— Трафаретное окрашивание. Будешь словно тигрица! — шутливо прорычала я и рассмеялась.
— Все-таки пишешь о, — Джо состроила задумчивую гримасу, — модных тенденциях окрашивания?
— Да, знаю, ерунда, но и журнальчик не такой, чтобы ах… Зато деньги будут! Так как насчет трафаретного окрашивания?
— Отвали, Хло, — улыбнулась подруга и запустила в меня упаковкой влажных салфеток. — Через сколько мы выходим? У меня есть время, чтобы сделать убойный макияж, или придется ограничиться смоки-айз?
— Джо, мы выходим через два часа, а моя смена начинается даже через два с половиной. Ненавижу это обязательное правило — приходить раньше!
— Хватит бубнить, лучше скажи мне, насчет Виктора думала?
Все мое недовольство вмиг испарилось, и я смущенно закашлялась. Я думала о Викторе, но старалась не злоупотреблять мыслями о нем. Джоди разбудила во мне желание пойти легким путем. Виктор Хьюз владел тем самым модельным агентством и имел связи с теми самыми журналами моей мечты; но он также поимел всех известных мне моделей. Через его постель прошел весь модельный мир, от Лили Стайлз до Александры Беа. Я жаждала стать такой же, как они: покорять мировые подиумы и улыбаться с обложек Vogue в разных странах, однако я не так уж сильно жаждала раздвинуть ноги перед Виктором. Хотя… он был чертовски сексуален.
— Ага, — протянула Джо, появляясь за моей спиной.
Я и сама не заметила, как открыла в Гугле вкладку с информацией о Викторе.
— Он потрясающий, Джо! — воскликнула я, кликая на его фото. — Этот стильный беспорядок на голове, костюмы от «Валентино» и «Бриони», переливающиеся всеми тонами роскоши наручные часы, ярко-карие глаза… Мечта. Но, — я подняла указательный палец, — у него же член всегда стоит, а я не хочу быть на него насаженной всего-то из-за, — мои плечи нервно дернулись, — своей самой большой мечты в жизни.
— Ты чего такая моралистка, Хло? Ну переспала бы с ним разок, кому от этого вред? Думаешь, он плох в постели? Ты только посмотри на его лицо, в этих высоких скулах так и сквозит Секс с большой буквы «С».
— Да, да, в его скулах, может, и сквозит, а вот мне за щеку он затолкает свой член в обмен на контракт какой-нибудь, — деланно возмущенно ответила я, но, признаться честно, между ног стало жарко от грязных мыслей, взорвавшихся букетом пошлостей в голове, и его охрененных фоток в сети. — Я… я не хочу пасть так низко.
Черт! Почему же мои слова и мысли так разительно отличались? Джо я говорила, что не хочу пасть низко, и строила невинные глазки, а на деле уже прокрутила в голове все смачные сцены из фильмов для взрослых с участием Виктора Хьюза. Пора подумать о работе, чтобы мое либидо умерло раз и навсегда!
Через два часа мы прибыли в ночной клуб, в котором я работала два через два в ночную смену. Днем приходилось писать идиотские статейки (в большинстве случаев в идиотские журналы). Эти журнальчики хотя бы обеспечивали меня возможностью выпить кофе в кафешке.
— Ты же простишь меня за то, что я буду отрываться, а ты — работать? — спросила Джо, обнимая меня.
— Никогда, — показала ей язык я. — Иди, танцуй, люди уже вовсю сходят с ума на танцполе.